Пепел и Звон

Мяч ударялся то в комод, то в ножку стула, то в стену возле висящего на ней зеркала.

— Беда поселилась только в доме Главы, говорят… — Отта стрельнула глазами в сторону гостьи, остро следя за ее реакцией. — Хорошо, если так.

Феникс сдвинула брови.

— Пойми правильно, — вздохнула грифон, пробегаясь пухлыми пальцами по кромке огромного блюда, — выживаемость клана — всегда самое важное. Мы должны понимать, что ждет нас и наших детей. А Глава что-нибудь придумает. Если повезет, то этот маг окажется хоть чем-то полезен.

— Он делает все от него зависящее, — все-таки вступилась за мистика феникс. — Ничего хорошего карателя не ждет. Он получит по заслугам, когда его схватят.

— Да-да, — выразила полное безразличие Отта.

За ее спиной пролетел мяч и с невероятной силой врезался в закрытое окно. Большое стекло лопнуло с громким хлопком, осколки брызнули в стороны, угрожая ранить всех присутствующих. Грифон закричала изо всех сил, не видя первопричину случившегося.

— Это кара! Она пришла за мной! Пришла!

Отта соскочила со своего места, готовясь и бежать, и падать без чувств одновременно.

Блюдо из своих рук она выпустила, и то стремительно полетело на пол. Эйзалур применила магию. Часть сервиза зависла в воздухе, как-то сделали и осколки окна. Комната наполнилась звоном. Эйзалур первым перехватила блюдо и вернула то на стол невредимым. Окно по кусочком стало возвращаться на место. Магия феникса собирала его как мозаику до самой последней мелкой крошки. До тех пор, пока оно не стало целым.

— Ты в порядке? — закончив, спросила феникс у мальчишки, выглядевшего перепуганным.

Киар нервно мотнул головой. Эйзалур отыскала взглядом мяч, подошла к нему и взяла в руки. Маленький, упругий. Его хватило, чтобы разбить огромное окно? Отчего-то фениксу с трудом в это верилось.

Отта подлетела к сыну и дала ему затрещину. Ребенок заревел в голос.

— Что ж ты творишь, поганец?!

— Отта, — голос феникса удержал женщину от потока брани и, возможно, нового удара.

Грифон отряхнулась, оправила свою всегда аккуратную одежду и раздраженно посмотрела по сторонам, не зная, куда выплеснуть эмоции.

Пережитый страх все еще держал нервы натянутыми, а то, что она так глупо повела себя на глазах красавицы-феникса, порождало в душе темные эмоции.

— Спасибо, Эйзалур, за сервиз… и за окно. Знаешь, ты лучше иди, — проговорила Отта с трудом. Она теперь и сама плохо представляла, как бы еще раз решиться пригласить гостью их клана к себе в дом.