Пепел и Звон

Поток обжигающего воздуха захлопнул их с оглушающим грохотом. Дочь Главы упала на колени и пригнула голову от испуга. Феникс тихо вскрикнула рядом с мистиком. Даже кошка, слезшая с рук и примостившаяся на коленях у человека, осуждала того за резкость.

— Перебор, — поднял руки Асарт в извиняющемся жесте.

— Вы сумасшедший?! — взорвалась Гатала, позабыв встать обратно на ноги. Светло-серые глаза полыхали яростью.

— Это вы пренебрегаете традициями семьи и клана, — быстро заговорил Асарт, опуская руки на подлокотники и выбивая пальцами дробь.

— Да что вы… — Гатала открывала и закрывала рот, не зная, какие слова подобрать.

Эйзалур тихонько вздохнула. В этот самый момент она смогла взглянуть на себя со стороны: утром, в момент знакомства, она выглядела также нелепо.

Грифон медленно поднялась. Поправила спавший с плеч халат и затянула пояс так, что даже животу больно стало.

— Выметайтесь.

Гатала рухнула на низкую софу, приставленную к противоположной от кресел стене, уткнувшись носом в спинку и оставив гостям для лицезрения свою худую спину.

— Вы — грубиянка, молодая госпожа, — сердито заявил мистик. — А вам, между прочим, никто не желает зла. Ваша подруга так волновалась за вас, что даже решилась обратиться ко мне за помощью.

Эйзалур до боли прикусила себе язык, чтобы не вмешаться с протестующим заявлением. Асарт ей лукаво подмигнул.

— Ха! — рассмеялась Гатала. Она развернулась на своем месте, не заботясь о том, как выглядит со стороны.

— Прикройся, пожалуйста, — не вытерпела Эйзалур.

Грифон поглядела на разошедшиеся полы халата и задравшуюся намного выше коленей сорочку.

— Ты посмотри на него, — дух ткнула пальцем в человека, продолжавшего гладить кошку, — его вообще ничего не может смутить.

— В своем нынешнем облике вы вызываете разве что жалость, — цокнул языком Асарт.

— Вот зараза, — зарычала Гатала. Она не знала, что ей хотелось сделать с этим человеком, точно что-то нехорошее.

— Прекратите, — нахмурилась Эйзалур, бросая косой взгляд на мага. — Вы в достаточной мере продемонстрировали свое острословие.

— Мне казалось, мы просто разговариваем, — с самым невинным видом сказал Асарт.

— Вы должны понравиться моему отцу, — причмокнула губами Гатала, оценив игру.

— У меня совершенно нет на это времени, — покачал головой мистик, переводя разговор в совершенно другое русло.