Пепел и Звон

Мистик ловко перехватил его в полете и аккуратно поставил на стол, не дав разбиться.

Девушка глубоко вдохнула и с трудом выдохнула. Что ж такое! И почему так близко?! Ей не выбраться, не задев человека, а он явно не намеревался ее отпускать. И что это еще за громадный посох? Может быть, пора начинать кричать от страха за собственную жизнь?

— Что вам нужно от меня? — спросила феникс, нервно поглядывая на человека. Она чувствовала, как огонь внутри нее колеблется, и поняла, что он виден человеку. Не без усилий она убедила пламя внутри себя успокоиться.

— Знакомство, — признался он. Его голос звучал совершенно искренне. Искорки с ресниц феникса пропали, и это немного расстроило мага. Было очень красиво.

Все духи уникальны и все кланы важны, среди них фениксы — редкое явление. Их в мире насчитываются лишь десятки, а не сотни и тысячи, как остальных. Такой же малочисленностью могли похвастаться еще два-три клана.

— З-зачем? — девушка из-за тревоги сжала губы в тонкую линию и дернула себя за кончик косы.

— Затем, что общие сведения о жизни клана грифонов я узнал заранее, — маг, в отличие от нее, говорил легко и свободно, никакой неловкости он не чувствовал, — а вот про вас мне ничего неизвестно. Дух и маг в одном лице — редкость. Каждый из вас интересен по-своему. А учитывая, что на клан обрушилась кара, вы мне теперь интересны втройне.

Девушка невольно подсобралась и вся сжалась перед ним. Мистик ловко подвел ее к опасной к черте.

— Так что же — помолвка?

— Какая еще помолвка?! — ошарашенно переспросила феникс. Она не успевала за логикой человека.

— А зачем бы еще чужачке жить в доме Главы?

— Нет! Ничего подобного. Содружественные кланы проводят практику: обмениваются своими сородичами на год или два. Таким образом показывая, что им нечего друг от друга скрывать, — выпалила феникс так быстро, как могла.

— Ах, это, — вздохнул Асарт разочарованно.

Никаких секретов и тайн. Никаких долгоиграющих планов, в которых можно было бы попытаться найти нити. Какая-то традиция.

— Эйзалур?.. — к перегородке прибежал слуга, оборвал себя на полуслове, увидев мистика.

«Уж больно имя заковыристое» — мелькнуло в голове мага.