Пепел и Звон

Когда оказались возле дверей ее спальни, феникс остро почувствовала, что сейчас останется одна. На весь остаток ночи. Хотя какая разница, ночь или день, — враг может напасть когда и где угодно. Мало звона, нужно жить с зажженным огнем внутри. Сила Первопредка откликнулась на мысль, и феникс загорелась. Она посмотрела на разлившееся под кожей пламя на руках и решила оставить так. Мистик своей руки конечно же не отнял.

— Я говорила Отте, что ее погубит ревность, — вдруг заговорила Эйзалур сдавленно. — И ее действительно погубили.

Ощущение такое, будто я ей беду накликала.

Асарт повернул ее лицом к себе и внимательно посмотрел в глаза духу.

— Давай хотя бы ты себя ни в чем винить не будешь.

В тот раз в Подземелье у него тоже мелькала именно эта шальная мысль. Всего лишь мысль. Она не меняет реальность, сама реальность жестока.

Эйзалур вернула ему взгляд.

— Значит, ты себя винишь? И что у тебя с рукой? — мгновенно сменила тему она.

— Ничего, — он как-то не ожидал, что она заметит. Вроде ничем себя не выдал, даже успел лекарство в себя закинуть, от которого она однажды его отговорила.

Эйзалур схватила мага за руку. Принялась рассматривать. Черная кривая линия, похожая на трещину у дерева, тонкой лентой начиналась от основания ладони и расширялась к локтю. Глубокая рана, из которой не лилось ни капли крови, и тканей не было видно.

— Что это еще такое? — пробормотала феникс испуганно. — Какого черта, Асарт? В тебе пламени, как в вулкане, а ты не мог себя защитить?

— Не от всего можно уберечься, Эйза.

Ты это сама знаешь, — признался мистик со вздохом.

— Что это ты выдумал имя мое сокращать, — тут же пришла она в недовольство.

— Так принято у людей, — улыбнулся Асарт уголками губ, притянув девушку очень близко к себе, — когда хочется обратиться к кому-нибудь по-особенному.

Феникс почувствовала приступ жара, она нервно сглотнула и на один дюйм отодвинулась, положив ладони мистику на грудь.

— Откажешь мне? Как Ямито?

Черные глаза Эйзалур гневно сузились, по лицу пробежала тень раздражения.

Упоминание чужого имени испортило ей все настроение, Асарт почувствовал, как она обращается в ледяную статую рядом с ним и набирает в грудь побольше воздуха, готовясь послать на все стороны света. Мистик действовал на опережение. Отточенным движением он схватил феникса поперек талии и прижал к себе, другой рукой приподнял за подбородок и поцеловал упрямо сжатые губы. Дух дернулась, как птица в силках, и уперла ладошки в твердые плечи мага.