Пепел и Звон

Все внутри восстало против того, чтобы феникс вышла из стеклянного пространства под открытое небо. Зоркие глаза духа скользили по травяному покрову, по окружавшим двор стенам дома. Всюду острый взгляд отыскивал тени. Одна из них мелькнула слишком быстро перед самым порогом террасы. Сердце Эйзалур пропустило удар, под кожей мягкими волнами растекся инстинктивно призванный огонь. Благо разум сразу отыскал причину юркой тени. Птица пролетела в небе.

— Дура, — прошептала себе под нос дух, прислоняясь лбом к прохладному стеклу двери, — если так боишься, лучше и правда вернуться домой.

Дома родители и сородичи. Семья. Семья, в которой нет внутренней войны, которая укроет ото всех бед и позволит почувствовать себя маленькой девочкой, не высмеивая слабости. То, что грифоны не имеют этого, — не их вина, это их беда. Мир и покой — явление временное, как и все прочее. Были времена, когда внутри фениксов творилась вражда и сородичи беспощадно жгли друг друга… Эйзалур повезло их не застать, для нее такие моменты были всего лишь историями из семейного архива.

Феникс тихонько отступила назад, отвернувшись от двери террасы. Пришедшая в голову шальная мысль заставила вспотеть ладони. Эйзалур отерла их о штаны. Огонь внутри разгорелся сильнее. Взвешивая все за и против, дух находила множество причин для «против», а «за» выступал лишь вдруг возросший в ней страх. Этого недостаточно, чтобы вламываться в чужую спальню.

«Не в спальню. Всего лишь в гостиную», — зажужжал внутренний голос. Он и породил дурную идею спрятаться у мистика.

В конце концов, человек — единственный здесь, кто дает отпор буйствующей силе и невидимому врагу. Ожог тут же стал болеть чуть сильнее.

Эйзалур выкопала из подсознания подноготную своего страха: она не хотела оставаться одна. Может, тогда вернуться к Гатале? Их с Тэлкетом уединение не имеет ничего личного. Эти двое всегда видели друг в друге родные души, поэтому и оставались близки в нелегкие времена. Впрочем, нет. Гаталу все что угодно выведет из равновесия, а вести легкие дружеские беседы с ней сейчас невозможно.

К Нэрму не попасть, остается лишь ждать, что лекари сотворят чудо и опасения Огаста не сбудутся. Отыскать Ямито? Эйзалур коснулась рукой лба и покачала головой. Младший сын сейчас тоже борется со своими ранами. Потом кинется или к брату, или к отцу. Ему нет дела до чужих переживаний.

Феникс сдвинулась с места. Украдкой вернулась по коридорам до дальней лестницы, что за кухней, и взлетела по ней на второй этаж.