Пепел и Звон

Первородный предок грифонов обладал тяжелым характером, как и все бессмертные духи, однако, его нельзя было уличить в диких играх, в которые иногда играют старшие сородичи. Он всегда был честен с кланом. И если тогда, на первую просьбу, он отмолчался, стоило сделать выводы…, а Ямито пошел наперекор.

— Все уже и так решено. Да? — Асарт снова выразительно посмотрел на Гаталу.

Дух хмурилась, кивнула. Она почувствовала приближение брата. Близость того, кто обращался к Первопредку, распознается легко. Гатала покинула комнату мистика, чтобы выйти Ямито навстречу.

Спускаясь вниз, чувствовала себя все хуже, силы вдруг начали покидать ее.

Брата держал на себе Тэлкет, без его помощи молодой грифон давно бы свалился с ног. Слуги дома подскочили к племяннику Главы, чтобы перенять у него тяжелую ношу. Тэлкет взялся тащить брата от самого алтаря, когда Ямито выполз оттуда почти без сил, и сейчас выглядел утомленным.

— Идиот, — выдохнула Гатала, заметив у родного брата кровь, запекшуюся в левом уголке губ.

Он получил отказ и пережил удар за то, что посмел второй раз обращаться к Первопредку с той же просьбой.

Подобное еще Глава мог себе позволить, он же… из-за собственного желания пошел тревожить бессмертного.

Ямито закашлялся, все его нутро захлюпало болотом. Удар был гораздо сильнее, чем можно судить по внешности. Молодой грифон чувствовал себя наполовину калекой.

— Ты на этот раз сильно отличился, братец, — тихо проговорил Тэлкет с явным осуждением.

— Вот уж точно! — раздраженно произнесла Гатала.

— Будете убивать? — спросил грифон, желая выдавить из себя дерзкую усмешку, в итоге лишь болезненно скривил губы.

— Ты тоже?

Он взглянул на Эйзалур, застывшую наверху. Феникс вцепилась обеими руками в ограждение лестницы. Выражение ее глаз он разобрать не смог. Нечто хуже той пустоты, что он заслужил после своего отчаянного порыва. Может, не стоило выходить из себя и мчаться сломя голову к алтарям, бросая Нэрма одного в Подземелье. Может, стоило и дальше сторожить назначенный отцом пост… Ямито не представлял, что может настолько испугаться.

Увидев, что стало с фениксом, он впал в ступор. Не мог приблизиться к девушке, пока Нэрм и отец не начали отдавать распоряжения. Кое-как сообразив, что нужно помогать, он каждую секунду думал о том, что на месте Эйзалур мог быть кто угодно. И он, и брат, и сестра… Услышав, что враг после нападения скрылся, Ямито ощутил подступающее отчаяние.

— Лучше тебе… — Тэлкет не успел дать наставление брату. Слуги выдохнули «Глава!».