Девушка с наузой

Но, разок встрепенувшись на едва уловимое движение, секунды спустя наблюдала: гараж оказался бесконечным — и в его невиданную, мрачнейше чёрную даль быстро уходили три псины.

Не моргая, потому что боялась сморгнуть это видение, Алёна следила, как они удаляются. И с трудом удерживалась сидеть на месте: хотелось вскочить с ненадёжного дощатого ящика и броситься к деду — спрятаться за ним.

...Из гаража они вышли, оставив за собой три... статуи. А заговорили, лишь покинув гаражный посёлок. Алёна, естественно.

— Деда, а они потом вспомнят?

— Нет, внуча. Они будут думать, что собрались в гараже, чтобы сыграть в карты. Видел я колоду — лежала на полке.

— А зачем тогда надо было рассказывать, что этот... Мордатый... напугал вчера меня? Объяснять Коле, что я знаю про него?

— Они были слишком спокойными, веря в свою безнаказанность. Трудно было бы провести с ними ритуал изгнания чуждых душ. А на эмоциях поддались быстро.

— И что теперь? Те двое, вчерашних, приедут и снова устроят ловушку на двоедушников в сквере?

— Возможно.

И тут Алёну обдало холодной мурашечной волной — так, что она сильно вздрогнула. Наверное, повлияло, что дед, за локоть которого она цеплялась, как раз свернул в тот самый сквер. Она ещё инстинктивно прижалась к нему, оглядывая редких гуляющих здесь молодых мам с детьми и собачников с разнокалиберными собаками на поводке. Собралась с мыслями и спросила:

— А это правда? Если убить прилепившуюся к человеку нечистую душу, он в самом деле будет чувствовать себя больным? Всегда?

— Правда.

— Думаешь, эти Кудренцовы знали о том, когда пришли поохотиться на них? В смысле... Думаешь, они поняли, что псины — это люди-двоедушники?

Дед поколебался, прежде чем ответить.

— Не знаю, о чём они думали. Не чтец мыслей-то. Но общее намерение они (если, конечно, это были именно Кудренцовы — ручаться за что не буду) выразили своими действиями отчётливо. То есть, если считать по остаточным следам того, что я видел, они готовились к уничтожению нечисти.

Алёна на это хмыкнула. Но про себя решила прибежать к скверу ближе к вечеру — чуть раньше вчерашнего времени, и посмотреть, что будут делать те двое, когда поймут, что двоедушников нет.