Девушка с наузой

— Виталий Олегович, я не понимаю: старушка жива?

— Чтобы это увидеть, надо вступить на... её территорию, — вздохнул старый волхв. — Вот теперь, когда первая картина перед нами явилась, можно пойти поспрашивать хозяйку дома. Где она?

— Вроде на кухню ушла? — начала вспоминать Алиса.

— Нет, она в другую комнату ушла, — сказала Алёна, немедленно взявшая свою сумку и чуть не бегом удравшая в прихожую.

Виталий Олегович постучал в дверь второй комнаты и после позволения войти открыл её. Вошли все вместе, против чего хозяйка не возражала.

В этой комнате, напротив, было столько мебели, что кое-где она стояла друг на друге: уж небольшой комод без ножек, поставленный на невысокий, тоже без ножек шифоньер, Алёна точно разглядела. И ковриков здесь, пусть и самодельных, было много, как и салфеток — везде, где только ни находилось для них место.

Старого волхва усадили в низенькое кресло (молодых колдунов старушка словно и не заметила) напротив хозяйки дома. Для начала он представился и представил своих спутников.

Ребята с интересом воззрились на старушку, но та не пожелала объявить своё имя. Впрочем, они и так по заявке знали, что зовут её Анна Лукинишна.

— Как давно ваша сестра находится в таком состоянии?

— Да с месяц уже, — скрипуче отозвалась старушка. — Как на неё порчу навели, так и сидит. А то до сих пор бегала, как молоденькая. Говорила я ей — не тормошись! Обзавидуются! Сделают что-то на тебя!

— Вы думаете — на ней порча?

— А то нет! — Старушка покряхтела, усаживаясь в своём кресле удобнее.

— Сейчас все, кому не лень, друг другу завидуют и порчу наводят. Да только у нас, вон, в доме две ведьмы, а в соседних — сколько-то!

— Думаете — её живости позавидовали?

— Чему ж ещё? Она вон как бегала!.. Ан вот села, да встать больше не встаёт. А соседки бегают, как раньше не бегали. Они! Они у неё живость ту забрали да молодость! Позавидовали веселью её, что умеет жить с радостью! Живёт теперь, как каменная! А мне-то как быть? Её, конечно, обиходить несложно, да и кормить — ест всё, что ни дам.

..

— Анна Лукинишна, вы за ней ходите — не замечали ничего, кроме того что она только сидит? Когда к ней идёте — сами-то как? Дышать не трудно?

— Да нет, — пожала она плечами. — Ничего такого не было. Врачей вызывала — те сказали, что в больницу не стоит везти. Ей уже восемьдесят два, пусть лучше сидит дома, где за ней уход есть. Ну, как-то так сказали. А то ведь и впрямь слышала такое, что старух в больницы не берут... А эти — не.