Девушка с наузой

— она поискала слова, определяющие происшествие, но так и не нашла таких.

Юрий Андреевич вздохнул и опять посмотрел на пассажиров. Василий сидел, всё так же бесстрастно глядя в окно. Его мать, дрожа, плакала — вероятно, со злости. Но почему лила слёзы? Из-за того, что в полный голос не может выплакаться, потому что больно из-за разбитого тела? Или из-за того, что сын колдовски и совершенно неожиданно для неё заставил её замолчать?..

Неожиданно Василий посмотрел на Алёну и улыбнулся.

— Баба молодая — сильная.

— Господи, что он ещё... — пробормотал Юрий Андреевич и тоже посмотрел на девушку. — Приму ваш совет — повезу их к себе. А там — посмотрим.

Машина отъехала-таки от ателье, а девушка забрала зонт и побыстрей забежала в помещение — совсем замёрзла, пока шли переговоры.

Проходя к своему столу, Алёна невольно улыбнулась довольной Нине. Та видела, что странного мужчину увезли. Но главное — не видела, как Василий «отталкивает» от себя мать. Если бы заведующая увидела, было бы хуже. Сплетни, шепотки за спиной и косые взгляды для Алёны были бы обеспечены.

А так... Увезли и увезли человека «не в себе». И снова в ателье тишь да благодать.

Пару минут спустя Алёна сидела у кулера и жадно пила почти кипяток, едва усмирённый холодной водой. Пока на улице суд да дело, почти и не замечала, что конкретно промёрзла... Пила только воду. Чай бы заварить, но ведь ждать... После второй чашки зубы перестали ляскать нервной дробью. Шмыгнув носом, Алёна помечтала: «Вот приедет Станислав, сходим в кафешку.

Я ему расскажу про Василия. Вот он, наверное, удивится!» А что Станислав вот-вот приедет, доказывало его молчание: ведь он обещал позвонить за полчаса до обеда, если не сможет приехать. А полчаса прошло.

А потому согревшаяся Алёна вернулась к столу, возле которого раскрыла зонт, чтобы просушить его.

Есть время кое-что обмозговать, а заодно начать новую наузу. Прислушалась к себе. Да, хочется начать наузу защиты. Василий напугал.

Начало плетения и задало тему для обдумывания.

Василий сказал — она сильная... Пальцы Алёны замерли на будущей наузе. Дошло, почему он взглянул на неё сначала прямо, а потом — так, будто у него чуть ли не шея сломана: он и её пытался ударить колдовской волной! И не получилось. Поэтому она сильная.

А ведь на ней защита от чужого колдовского воздействия — и очень плотная: не считая серёжек-науз и двух заколок-науз в волосах, есть ещё несколько браслетов и привычная науза с медальоном. И...