Помощница лорда-архивариуса

Он радостно приветствовал господина Дрейкорна: схватил за руку обеими ладонями и начал трясти, что-то приговаривая, однако глядел при этом на меня — бросил внимательный взгляд и не отводил несколько секунд.

Я уже хорошо изучила хозяина, чтобы понять — встрече с невысоким господином он не рад, но вынужден быть любезным. Теург что-то спросил, кивнув в мою сторону; хозяин нахмурился и коротко ответил. Незнакомый господин похлопал его по плечу, последний раз глянул на меня пристально, и ушел.

Мы побывали в зале заседания Сената и Павильоне Церемоний, органном зале и императорской приемной.

Заметив мое подавленное молчание, господин Дрейкорн принялся делиться легендами и забавными историями об Адитуме, о которых слышал или которым сам стал свидетелем.

Он рассказал, что башня столь велика, а количество допускаемых в нее теургов и чиновников столь мало, что можно бродить по ярусам и залам Адитума целый день, не встретив ни одной живой души.

Он поведал о сенаторе Скарфасе, напыщенном богатее и никудышном теурге, который из спеси пользовался услугами не одного, а трех бес-лакеев. Толком управлять он ими не умел, и однажды демоны порвали в клочья его церемониальную мантию на ежегодном собрании в присутствии императора. До конца заседания он отмахивался от драных лоскутов, которые невидимые слуги упорно пытались натянуть ему на плечи.

Я узнала о том, что в башне есть ярусы, где теурги избегают бывать в одиночку: ходят толки, что при нужном расположении звезд там меняется реальность, открывая врата в пустой мир существ, создавших Адитум.

Господин Дрейкорн был хорошим рассказчиком: я наслаждалась историями, как и тогда, когда подслушивала его вечерние беседы с Кассиусом, в одиночестве прозябая в кабинете наверху.

Теперь все его внимание было отдано мне. Он говорил короткими, красочными предложениями, но даже упоминая о забавных вещах никогда не улыбался, лишь слегка подрагивал уголок губ, да в темных глазах прыгал насмешливый огонек.

— Теперь я покажу вам что-то особенное, — заявил он, запирая дверь клети подъемника, похожей бесформенный полый моток проволоки.

Клеть вознеслась так стремительно, что я чуть не потеряла равновесие. В ушах зашумело, ноги подогнулись. Мы летели вверх не менее четверти часа. Когда, наконец, вышли наружу, от страха я потеряла способность дышать.

Мы оказались на самой вершине Адитума, на расстоянии четверти лиги от земли.