Помощница лорда-архивариуса

— Ваш спутник будет смотреть только на вас, — доверительно сообщила продавщица, принимая у меня купюры из бумажника господина Дрейкорна. Я попросила выписать квитанции и доставить остальные покупки в квартал Мертвых Магов, особняк «Дом-у-Древа». Глаза девушки почтительно округлились.

Подхватила пальто и поспешила через дорогу в кафе, где дожидался господин Дрейкорн. Когда перебегала дорогу, поймала восхищенные взгляды двух почтенных господ и мальчишки-разносчика. Еще одно открытие — ненавязчивое мужское внимание может быть приятным.

Господин Дрейкорн сидел за столиком в углу перед дымящейся чашкой кофе и читал газету. Когда я подошла, поднял глаза, одобрительно кивнул и произнес:

— Совсем другое дело.

Затем вернулся к передовице.

— Я заказал вам кофе. Хотите чем-нибудь подкрепиться? — сухо предложил, не отрываясь от статьи.

— Нет, благодарю.

Я припала к стакану с водой — от волнения мучила жажда. Затем положила на стол бумажник и подвинула хозяину.

— Внутри квитанции на покупки. Боюсь, я потратила больше, чем собиралась.

Обязательно рассчитаюсь с вами, господин Дрейкорн.

— Взыщу все до последнего сентима, не сомневайтесь. Мы, Дрейкорны, прижимисты, и знаем счет деньгам, помните?

— Ни на секунду не забываю, — ответила я с улыбкой.

— Нам пора. Допивайте кофе и идем.

Я отодвинула стул и поднялась, испытывая легкую досаду и разочарование — очень хотелось услышать хотя бы скупой комплимент моему новому облику.

Господин Дрейкорн вставать не спешил — опустил газету и принялся складывать.

Я стояла и терпеливо ждала. И тут, на один короткий миг, он бросил на меня сосредоточенный взгляд — не спеша скользнул потемневшими глазами от голеней до шеи, мимолетно задержал взор на уровне губ, там, где кончик выпущенного локона щекотал кожу.

Тут же встал, отвернулся и потянулся за тростью. Длился этот странный взгляд не более пары секунд, но меня бросило в невыносимый жар.

Не уверена, что хозяин таким образом оценил мой наряд. Мне показалось, что глазами он снял с меня все новые вещи до единой.

Стало очень стыдно, сердце заколотилось, словно я стояла перед ним совершенно обнаженная.

Я тут же принялась мысленно бранить себя за такую необузданную и неуместную фантазию. Господин Дрейкорн как ни в чем не бывало помог накинуть пальто и повел к выходу. Лицо его было спокойным и будто немного сердитым.

Когда покинули кафе и вышли на улицу, хозяин, не колеблясь, вновь предложил руку; я повиновалась без возражений.