Помощница лорда-архивариуса

Названия звучали не хуже хитроумных заклинаний из старинных фолиантов: золотник, кривошип, эксцентрик, крейцкопф…

Наконец, работа была закончена. Господин Дрейкорн выпрямился и осторожно закрыл стеклянную дверь. Я зачарованно наблюдала, как хозяин энергично вытирает тряпкой испачканные маслом руки, расправляет рукава рубашки и застегивает манжеты. Руки у него были красивые, хоть и не аристократические — с крепкими запястьями, широкими ладонями, длинными, сильными пальцами. Предплечья и тыльная сторона кистей покрыты темными волосками, на внутренней стороне заметны несколько шрамов.

Аристократу или теургу такие руки иметь не пристало. У теургов ладоши были нежными, холеными, на пальцах гроздья перстней, а ногти они красили в черный или синий цвет.

«У теургов руки по локоть в крови» — повторяли старейшины в общине; у столичных жителей эта присказка тоже была в ходу. Господин Дрейкорн наверняка ловко обращается не только с инструментами, но и с ритуальными ножами.

Подумав об этом, я посмотрела на сильные запястья и пальцы хозяина с иным чувством: по коже пробежал мороз.

Господин Дрейкорн стоял рядом, возвышался надо мной, подавлял. Грудь сдавило тревожное, вызывающее неловкость чувство с оттенком неизвестно откуда взявшегося стыда, которое всегда сковывало меня в присутствии хозяина. Усилием воли я приказала себе расслабиться, вести себя естественно, не показывать, что его общество неприятно.

— Благодарю за помощь, госпожа Камилла.

Из вас выйдет толк — руки у вас быстрые, глаза внимательные, слушать и выполнять приказы вы умеете.

Я улыбнулась — криво, через силу. Хозяин это заметил, нахмурился и произнес:

— Что такое? Вы чем-то расстроены? Или просто устали? Знаю, я загрузил вас работой без меры, да и характер у меня не мёд. Придется потерпеть — результаты нужны в короткий срок. Кассиус оказался прав, найти вам замену пока не получается, а впереди ждут задания посложнее. Завтра разрешаю отдохнуть до обеда.

Хорошенько выспитесь, прогуляйтесь в императорском парке.

— Господин Дрейкорн, внизу дожидается посетительница, — раздался гулкий голос дворецкого, который в этот момент поднимался по лестнице. — Это баронесса…

— Ленора Мередит собственной персоной! — прервал дворецкого другой голос — звучный, грудной.

Из-за спины оторопевшего Пикерна появилась дама. Высокая, фантастически красивая, с хищным профилем и ярко-красными пухлыми губами.