Помощница лорда-архивариуса

Нескольких жертвенных животных капитан просил временно разместить в виварии господина Дрейкорна; их-то и привезли в особняк.

Вышли на улицу. Утро выдалось ясное, морозное; руки озябли моментально, холодный ветерок ожег щеки — зима готовилась войти в столицу.

Небесные Часы переливались белым светом в хрустальном небе. Минуту я стояла, задрав голову и прищурившись — с удовольствием вдыхала свежий воздух, любовалась медленно вращающимися кольцами армилл и сменой причудливых астрологических знаков. Поблекло символическое изображение трехглазой маски, наливался золотом символ рогатого солнца — подходил к концу месяц Мистерий, время праздников, близился месяц Светорода, время покаяния и воздержания.

У темной каменной стены стоял высокий крытый фургон, подле него суетились крепкие краснолицые люди в морской форме; когда они перебрасывались репликами, из-под закрученных усов вылетали облака белого ледяного пара.

Запряженные в фургон кони вздрагивали, фыркали, пробовали пятиться — их нервировал груз, который они доставили.

Из фургона с трудом извлекли несколько больших клеток, закрытых попоной; донеслось глухое, едва слышное ворчание. Клетки водрузили на специальные полозья и потащили спуску к широким подвальным воротам, которые вели в виварий. Во время моих приключений в подвале они были заперты на замок снаружи.

Господин Дрейкорн отдавал короткие распоряжения. Появился конюх Ирвин, унылый малый неопределенных лет; ворота открыли, клетки покатили вниз. Мы прошли следом.

Я вступила в виварий и с опасением огляделась.

Пол покрыт ровным слоем опилок, ярко-желтых в квадратах света, падающего из окон под потолком. Ни следа длинных деревянных ящиков с оружием бунтовщиков, словно и не было их тут никогда.

Пока клетки устанавливали, я отошла в сторону, чтобы не путаться под ногами у грузчиков, и вдоль стенки пробралась к двери в углу, обитой железными панелями с выгравированными магическими символами — входу в жертвенный зал, из которого можно попасть в пещеру под корнями мертвого древа Ирминсул.

Огляделась — не смотрит ли кто? — и осторожно толкнула панель. Дверь не шелохнулась; ее заклинило в прошлый раз, когда я укрылась за ней от неизвестных людей в подвальном коридоре.

Досадливо выругалась про себя. Мне нужно вызволить забытый фонарь в пещере; теперь, когда приехал хозяин и обосновался в башне, ход туда оставался один — через жертвенный зал.

— Эту дверь не открывали лет десять, — пророкотал голос прямо у меня над ухом. Я вздрогнула.