Помощница лорда-архивариуса

Господин Дрейкорн едва успел разогнуться и сделать шаг назад.

— Хорошо, — произнес он недовольно, — ваши успехи в староимперском не впечатляют. Но пока придется довольствоваться и этим. Думаю, вы уже поняли, Камилла, что для нас с Кассиусом эта страница абсолютно пустая. Текст на ней видите только вы. Страница зачарована тем же способом, что и символ на книгах.

— Это рукопись Филиона Кастора?

— Нет, человека, которому он преданно служил в юные годы и чей секрет поклялся охранять любыми средствами. Это дневник инквизитора Аурелиуса.

Имя показалось мне знакомым.

— В учебниках истории инквизитору Аурелиусу отведен один короткий абзац. Это несправедливо, ведь заключить Пакты с демонами удалось благодаря этому фанатику и безумцу. Именно он привел в наш мир магию. Вы хотите знать, как это произошло?

Я хотела.

— Тогда устраивайтесь поудобнее. Рассказ будет долгим.

Господин Дрейкорн указал на диван у стены. Сам расположился на нем вольготно, закинул ногу на ногу, сложил руки на груди, и обратился к управляющему:

— Прошу, Кассиус, поведай госпоже Камилле полную историю.

Управляющий покорно кивнул: встал, потянулся, и непринужденно устроился прямо на краю стола.

Повинуясь жесту хозяина, я села на диван — подальше от господина Дрейкорна. Знаю, выглядело невежливо, но мне было все равно. Приготовилась слушать.

Кассиус вздохнул, поклонился, картинно развел руки и торжественно произнес:

— Ну что ж, почтенная публика, и ты, Камилла, представляю вашему вниманию историю чокнутого инквизитора Аурелиуса и пройдохи Филиона Кастора, прозванного Небесным механиком.

В 1601 году старой эпохи — ее называют Домагической — во главе имперской церкви стоял великий инквизитор Аурелиус. Полагаю, даже в вашей убогой общинной школе вам рассказывали, что в те времена чернокнижникам и колдунам Аквилийской империи жилось нелегко.

Великий инквизитор Аурелиус отличался особым рвением. День и ночь отряды его верных помощников-вигилантов в черных плащах и масках, изображающих львиные морды, рыскали по всем уголкам империи в поисках еретиков и пособников врага Света. Стоило вигилантам показаться на улице, она пустела — горожане в ужасе разбегались. Если человека обвиняли в ереси, спасения не было.