Обсидиановый пепел

Магда сперва хотела ответить, что воин ей не представился, но губы сами назвали его имя:

— Роррдиган…

Глаза мужчины изумленно распахнулись. Неужто они знакомы?

— Тебе повезло, — наконец сказал он. — Лорд Роррдиган был единственным благородным человеком в Долине Водопадов и, видимо, за это и поплатился. Вполне могу предположить, что он пошел наперекор Домерку и пожалел тебя.

Магда закусила губу, чтобы не закричать в голос. Невозможно о нем разговаривать. Вот так. Рассуждать о благородстве, будто о постороннем.

— Прости, я не должен был напоминать, — наверное, ее лицо стало белым, и Марк решил, что ей тяжело вспоминать дни плена.

Кивнула в ответ и проглотила кровь из прокушенной губы.

— Поможешь мне? — вдруг переключил ее внимание Марк, протягивая плошку с холодной колодезной водой. — Слей мне, — пояснил он суть просьбы, — хочу освежиться после тренировки.

И он наклонился, поставляя руки и голову. Магда поливала его водой, а он умывался, брызгая на лицо, голову и плечи, смывая пот.

— На твоем этаже нет водопровода? — с улыбкой спросила она, когда Марк распрямился и довольно встряхнул головой.

Белые волосы намокли, капельки воды стекали по шее к груди. Но его это не беспокоило. Мужчина быстро натянул синюю льняную рубаху с косым воротом и геральдической вышивкой по подолу и подпоясался широким поясом с прикрепленными к нему ножнами для мечей.

— Есть, конечно, — хмыкнул он. — Но лучше холодный душ из таких прекрасных ручек. А то вдруг...

Магда едва сдержала улыбку, осознав, что это было для нее представление. Но роль, которой она всеми силами пыталась следовать, заставила потупить глаза и притвориться смущенной. Дочь магистра Дилана была невинной и вряд ли общалась свободно с мужчинами, особенно такими привлекательными, как этот полукровка.

Магда вздрогнула, когда его ладонь осторожно коснулась лица и погладила по щеке.

— Не стоит меня боятся, радость моя, — прошептал он, склоняясь к губам. — Я никогда не пойду против твоей воли.

Магда как завороженная смотрела в его глаза, понимая, что сейчас ее воля просто взяла выходной. Губы сами приоткрылись. Марк легко поцеловал ее, мягко, нежно, едва касаясь своим холодными после купания губами. Отстранился и улыбнулся.