Обсидиановый пепел

На первый взгляд сказки для детей, но в них спрятаны мощнейшие сакральные формулы, способные победить смерть и повернуть время вспять.

Магда зло топнула ногой, увидев, что лорд последовал за ней в храм.

— Убирайся! — закричала она. — Не хочу тебя видеть!

Пламя на алтаре Пылающего затрещало, рассыпая вокруг себя искры, реагируя на настроение последнего видгара.

Но Сирил только головой покачал. Он давно уже не был хилфлайгоном, но нет никого больше в Симфонии, кто настолько хорошо знает огненных магов. Магда злится на себя за проявленную слабость, переносит на него свою обиду, но при этом в глазах вспыхнули радостные искорки.

— Не гневи богов, — спокойно ответил Ри. — Что написано на пороге храма перед входом?

Магда только фыркнула и, задрав нос, отвернулась. Огонь повторил ее жест, взвившись до потолка. Сирил поежился, вспоминая языки пламени, сжигающие его магию. Машинально обхватил себя руками. Лопатки пронзило фантомной болью в том месте, где когда-то появились крылья. Но лорд все же повторил, повышая голос:

— Что написано на пороге храма?!

Глаза Магды заметались, но она упрямо молчала.

Огонь на алтаре будто тоже растерялся, то вспыхивал свечой, то стелился почти у самого постамента, подлизываясь. Сирил не смог сдержать улыбку. Эх, малышка, бесполезно играть в храме Пылающего, когда пламя предательски выдает каждую твою эмоцию. Лорд, почувствовав слабину подопечной, не сводил с нее пристального взгляда, требуя ответа.

— Я жду, Магда! — настоял он и пламя испуганно прижалось к раскаленным углям.

В отличие от многих Сирил никогда не боялся магов войны и крови. Особенно эту, которая выросла на его глазах. Она еще такая юная по меркам видгаров, не вошедшая в полную силу, пусть и считает себя взрослой и всемогущей.

— Входя в храм, оставь свое высокомерие, видгар, — еле слышно пробормотала в ответ Магда, опуская взгляд.

— Почему же ты позволяешь себе такое мерзкое поведение? — продолжил отчитывать девушку лорд.

Почувствовав давление, Магда все же задрала нос.

Языки пламени решили так же показать свой норов: зашипели, защелкали искрами. Лорд Сирил, не скрывая улыбку, молча подошел ближе.

Девушка гордо отвернулась и сделала вид, что не замечает его. Мужчина только головой покачал. Когда же он заговорил даже пламя на алтаре Пылающего прислушалось к его словам и улеглось, успокоенное мягким вкрадчивым тоном хилфлайгона.

— Однажды твой отец провел ночь, стоя на коленях перед алтарем Пылающего. Он выполнял заветы предков.