Обсидиановый пепел

— Боги! Да, перестань ты, — хмыкнул он на ухо.

А Магда представила как он сейчас закатил глаза.

— Я уже перебрал в голове ингредиенты всех известных мне зелий и перехожу к свойствам кристаллов, не усложняй мне мыслительный процесс, — ни капли яда в голосе, Вард почти умолял ее прекратить.

Магда улыбнулась, услышав такой завуалированный намек, принимая его как подтверждение своей привлекательности. Самолюбие облизнулось и довольно заурчало. Хорошо так стало. Не смогла сдержать улыбку.

— Мне же ничего не светит, — проворчала она, поддевая.

Вард вдруг рассмеялся, утыкаясь ей носом в шею.

— Светит, сердце мое, — вдруг согласился он. — Еще как светит. Порка как минимум. И согреешься заодно.

Но при этом его рука сильнее прижала к себе, касаясь обнаженного живота. Вард немного передвинул горячую ладонь и неосторожно коснулся груди снизу. Магда резко выпрямилась и не смогла сдержать стон.

— Не трогай меня тогда, — разозлилась она. — Сам лапаешь, а потом угрожаешь.

— Не лапал я тебя, — буркнул Вард в ответ.

Магда кивнула и замерла будто мышка, пытаясь даже не дышать. Приятно его признание все-таки. Но если он хочет и она хочет. Почему бы и нет?

— Почему ты, — но Магда вдруг поняла, что засмущалась и не может сформулировать вопрос.

— Почему я, что? Не воспользуюсь моментом? — с иронией в голосе спросил Вард.

Магда кивнула, чувствуя, что краснеют даже кончики волос.

— Есть причины, деточка. Расскажи лучше, как ты опять схватила отравленный болт?

— Это не важно. Так… случайность.

Не хотелось рассказывать. Даже вспоминать не хотелось. Так хорошо с ним, так уютно и тепло. Все плохое отступило на второстепенный план. Так бы и лежала с ним в обнимку на ковре у камина.

— Да?! — буркнул Вард. — Деточка, врать не хорошо – тебя не учили в детстве?

— Оно тебе надо?! — рыкнула Магда в ответ, раздражаясь.

Вард вздохнул. Следующее его слово повергло Магду в шок:

— Домерк? — только лишь спросил он.

Она дернулась от упоминания имени своего врага, и это было Варду лучшим ответом. Возбуждение как рукой сняло. Вспомнила ублюда Домерка, сжалась вся и стиснула зубы. Наверное, лекарь почувствовал ее напряжение. Прижал к себе крепче и зашептал:

— Ну, что ты, сердце мое.