Ключ для хранителя

- Ах, не в этом? Ну, хорошо, будут вам доказательства… ночи любви с милой девушкой Лулияной, – пригрозила я графу, влезла в туфли и, прихватив свою походную постель, направилась наверх…

- Вета, что ты делаешь на моей кровати? – в который раз вопрошал меня граф, отдернувбалдахин.

- Я же сказала, ищу доказательства вчерашнего присутствия здесь женщины.

- А как же ты определишь, что это была именно Лулияна? – резонно заметил мужчина.

- Я вас умоляю, Ваше сиятельство. Вчера при мне Тук менял вашу постель.

- Вета, ты ведешь себя… неприлично, – использовал он последний аргумент.

- И это говорит мне мужчина, только что признавшийся в изнасиловании.

В конце концов, Борамир страдальчески вздохнул и ретировался, но, еще через некоторое время мне самой пришлось признать свое полное поражение - я не нашла ничего…

- Странно, – размышляла я вслух, сидя на краю графской кровати и нервно болтая ногами. – Обычно, после женщин в мужской постели остаются какие-нибудь украшения, белье, хотя бы волосы на подушке.

А здесь совсем пусто. Ну, не приснилась же она мне с ее… шаловливыми пальчиками. Ваше сиятельство! - решительно поскакала я по ступенькам в сторону графа. - Можно попросить вас об одной очень важной для меня вещи?

Борамир, совершавший в это время свой утренний моцион, опасливо на меня оглянулся:

- Чего ты хочешь?

- Вы не могли бы показать мне вашу спину. Ну, пожалуйста.

- Если это тебя… успокоит, – с сомнением согласился он, расстегнул пуговицы и приспустил со спины рубашку…

- Какая же милая девушка, эта Лулияна.

И какие острые у нее коготки, – торжествующе пропела я, с нажимом ведя своими пальцами по трем параллельным полосам, идущим наискосок рельефной спины графа.

- Доброго дня, Ваше сиятельство, госпожа гостья. Ваш завтрак, – смущенно объявил, застывший на пороге Тук. - Мне накрыть и выйти?

Озадаченный не на шутку Борамир, лишь качнул ему головой и натянул рубашку на плечи…

За столом «туманная» утренняя тема больше не всплывала, да и сама трапеза, мягко говоря, не заладилась с самого начала:

- Сегодня тебе не следует выходить во двор, – с места в карьер взял граф, едва усевшись на стул.

- Вы меня что, ущемляете в свободе?

- Что я тебе прищемил? – не хорошо сузил он глаза. – Ты старайся, хоть иногда, выражаться понятными мне словами.

- Хорошо. Я выражусь иначе, - с расстановкой проговорила я, озадаченная таким тоном. - Вы не хотите, чтобы я выходила во двор, потому что Хлыст уже на свободе?

- Да. Именно по этой причине.