Перевёрнутый остров

Дию приводило в ужас это зрелище, но она хотела увидеть всё до конца, узнать, на что способен пират в гневе, и понять, насколько силён Вильгельм, сражавшийся с ним на равных.

Капитан приземлился на «Гарпию», обратился, схватил за горло человека, стоявшего на палубе, и сказал ему что-то. Тот замахал руками и закричал. После этого капитан в мгновении ока полностью заковал его в металлическую оболочку и сделал тоже самое с двумя другими, замершими от ужаса. Затем Бернт сжал в несколько раз металлические коконы, сбросил их за борт и ушёл в трюм.

Адрар и Жизель мгновенно встали возле Сальвы, Даминия последовала их примеру, хотя ноги всё ещё не слушались и к горлу подкатывал ком. Маг воздуха аккуратно перенёс всех на корабль.

— Подобное ждёт любого предателя, — металлическим тоном сказал Бернт, закуривая сигару, и более мягко добавил: — Но сегодня мы сорвём огромный куш, поэтому не стоит расстраиваться.

— Что делать с этой бабой? — спросил Адрар, тыкнув пальцем в Дию.

— Она останется здесь с Сальвой, потому что это ценный и весьма полезный заложник, — ответил капитан, снисходительно улыбнувшись волшебнице.

Сердце Дии ёкнуло в который раз. Всю её наполнило отвращение, присоединившееся к страху. Девушка ужасалась жестокости, с которой капитан Бернт расправился с бывшими товарищами, и тому, что все игнорировали факт крушения трёх кораблей. Даминия понимала, что до неё пиратам сейчас не будет дела, и капитан может только догадываться о браслете, но сердце продолжало бешено колотиться, на лбу выступил холодный пот, а в голове крутилось увиденное.

— Я согласна.

— Ты глянь, кто подал голос, — прищурившись, сказал Адрар, поворачиваясь к Дии. Язвительная улыбка змеилась на его губах.

Девушка поняла, что очень зря привлекла к себе внимание, но выдержала его горящий презрением взгляд. Даминия прекрасно понимала, что приказы капитана не обсуждаются, но она не была подчинённой Бернта и, если бы имела весомые аргументы, пошла бы в город. Волшебница всеми силами старалась успокоиться и чувствовать себя так же равнодушно, как пираты.

— Пока на ней антимагическая цепь, у неё ничего нет, кроме острого язычка, — сказал Бернт, выпуская дым.