Хюльдра и судья

Судья был несколько обескуражен неожиданным соседством в постели и попытался освободиться, но Виндлит подтянула его руку и обняла, не оставляя возможности отодвинуться.

Тедерик обреченно откинулся на подушку. Волосы спящей девушки пытались пробраться в нос, он прилагал невероятные усилия, чтобы не чихнуть. Кроме физических мучений он испытывал муки беспамятства, не до конца понимая, что же произошло во время его вечернего визита. Сознание отказывалась выдавать даже обрывки воспоминаний. Странное и неприятное чувство. Он будто бы потерял часть себя.

Может эта часть была не очень-то и нужна, но хотелось бы принять решение самостоятельно, а не довольствоваться капризной памятью, вернее ее отсутствием.

После ряда манипуляций он все-таки сумел высвободиться и покинуть чужую постель. Хюльдра спала крепко.

Тедерик привел одежду в порядок, взглянул на свое отражение в небольшом потекшем от времени зеркале, висящем на стене у двери, и незаметно покинул аптеку через черный вход. Ему было необходимо осмыслить, каким образом он оказался в столь щекотливом положении.

Шагая по залитым солнцем летним улицам наполненным дообеденной суетой, судья иронично усмехался – хюльдре удавалось вводить его в состояние растерянности и удивления с завидной регулярностью. В такие моменты он ощущал себя мальчишкой или угловатым подростком, а отнюдь не судьей округа Эерэ. Удивительная девушка.

Едва он успел вернуться в свой дом, его поглотил ворох рутинных забот. Терзания об исчезнувших воспоминаниях отошли на второй план.

***

Крэй заявился в аптеку через пару дней, бодрый и совершенно не собирающийся умирать.

Виндлит отвлеклась от своих склянок и лучезарно улыбнулась. Крэй, отметив, что здесь ему рады, обрушился на хюльдру всем своим обольстительным сладкоречием.

Они проговорили до самого вечера. Виндлит периодически отвлекалась на покупателей, а затем разговор продолжался вновь.

Хюльдра сознательно не спрашивала о том, с кем же все-таки подрался Крэй когда получил свои жуткие синяки и царапины. Она подозревала, что занятие Крэя не совсем законно, но разве должны ее были волновать человеческие дела и мораль? Этот мир существует по своим правилам.

Когда над крышами домов разгорелся закат и по аптечным полкам поползли теплые оранжевые блики, Крэй спохватился и собрался уходить.

Уже у двери он обернулся и досадливо хлопнул себя по лбу:

- Ты так очаровала меня, что я совсем забыл, с какой целью посетил тебя. Сегодня в «Лэнтерской троллихе» будут петь менестрели из Эренхельма.