Опасайся дверных ручек

Варт безропотно остановился. Ярт запротестовал:

— Куда ты в таком состоянии?! Головокружение, слабость, тошнота — упадешь в обморок, кто тебя до дома дотащит?

— Жаннэй дотащит. — Просто сказала Юлга и прежде, чем Ярт возмутился, добавила, — Ты промыл брату мозги? Моя очередь.

— Вот наглая девочка! Видишь, Варт? Нельзя быть таким непослушным, — Ярт поцокал языком, — а то поступишь в ВГТУ и будешь работать на Ве… ой, точно, кому я это говорю.

Варт скривился, совсем как недавно Юлга. Она ободряюще ему улыбнулась, вытаскивая Жаннэй из машины — держись, мол.

Одно сходство у братьев Хин точно было: привычка дурачиться даже тогда, когда дела были плохи, чтобы не показать, насколько они плохи. Юлга поняла из разговора в машине только то, что Варт чуть не попал, и лишь чудом избежал милой квартирки для одного в ведомственном Учреждении, хоть бы и научном. Но даже понятого ей хватило, чтобы очень сильно за Варта забеспокоиться.

Вторым поводом для беспокойства стало поведение Жаннэй. Возможно, Юлге показалось, но та была готова убить Оша, стоило речи зайти о том, что он может быть опасен для ее новой семьи. Хотя, казалось бы, Хины не были ее семьей, а Варта Жаннэй откровенно недолюбливала, хотя Ярта очень уважала и относилась с искренней доброжелательностью.

Юлга решила просто спросить, благо на улице никого не было, сгущались сумерки, было уже поздно и они с Жаннэй казались двумя серыми тенями посреди пешеходной дорожки. Юлга сняла туфли: день был солнечным и земля охотно отдавала ей накопленное тепло. Скоро время ходить босиком придет для Нии, есть у нее в прическе и белые пряди, хотя она почему-то тщательно их прячет, а Юлге придется обуться в что-то тяжеловесное и неудобное — она терпеть не могла любую обувь.

— Жаннэй, — Спросила Юлга мягко. — Что ты хотела сделать с мудрым Ошем, там, в машине?

Жаннэй отвернулась.

— Ничего. — Бесстрастно сказала она.

— Мне плевать на Оша, я с ним даже не знакома, для меня это просто имя, — искренне сказала Юлга, — в первую очередь я волнуюсь за тебя. Я не знаю, как ты относишься ко мне; возможно, не будь мы сокружницами, ты бы не стала со мной водиться.