Лики миров

Теперь начинаю опасаться, – он неожиданно и как-то неловко, слегка дергано, улыбнулся, будто губы его забыли, как делается это непривычное движение. А в глазах мелькнули отблески тех насмешливых искорок, которые в Шедаре доводили меня до белого каления. И я поняла, что совершенно неадекватна.

«Да, Медея Сергеевна, дело твое труба. Попала в очередную передрягу, неизвестно пока, к чему все это приведет, а ты готова петь только от того, что он нормально с тобой поговорил. Тяжелый случай»

– Капитан, – раздался голос навигатора, – посмотрите.

Лик в два шага оказался у экрана, на котором мерцали яркие точки.

– Мы сейчас в системе вот этого красного карлика, – Мали указала пухлым пальчиком на самый яркий огонек, – у него три планеты, но они далеко и для нас непригодны: газ, лед и, судя по спектру, ядовитая атмосфера. Зато вот тут есть кое-что интересное, – она обвела кружком еще одну точку, поменьше.

– Астероид, – продолжил Роб, – довольно крупный, но нам должен подойти.. – в голосе его явно звучало сомнение.

– Что вас смущает?

– Странный он какой-то, – задумчиво ответила Мали, – по тому, как он движется, можно предположить, что в систему этой звезды он попал совсем недавно. Но мы нигде не смогли найти ни других похожих астероидов.. ни чего-то, что бы внятно объяснило, откуда он мог взяться. Зато вот здесь, в месте его предполагаемого появления, – она снова обвела пальцем овальную область, – мы зафиксировали очень сильное искажение, похожее на то, которое существует рядом с пространственным тоннелем.

– Выхода, у нас, похоже, нет, – подытожил Лик, – рассчитайте точный маршрут, будем садиться. Рита, что с сигналом?

Та только отрицательно мотнула головой.

Обратно к медотсеку мы с Анитой шли молча. Когда вошли внутрь, Мир как раз выставлял на электронном табло криокамеры нужный режим.

– Ты оказался совершенно прав, – невесело произнесла доктор, – станции в ближайшее время нам все равно не видать.

Пока я коротко пересказывала блондину последние неутешительные новости, Анита сидела в сторонке рассеянно разглядывая что-то в своем комм-браслете. Я присмотрелась: трехмерный портрет темноволосого мужчины.

– Муж, – коротко пояснила она, заметив мое внимание, – тоже медик, кардиолог.

В глазах ее не было слез, и голос совсем не дрожал, но это скупое пояснение меня проняло. И я, и она прекрасно понимали, что можем никогда не вернуться на родную планету.