Лики миров

Ему, как и мне, кстати, будет любопытно, как это вам удалось протащить сюда постороннего человека? – он адресовал нам вопросительный взгляд.

– Ну, мы же были на кураже, – задумчиво поправила прическу Веда.

– На нас снизошло вдохновение! – поддержала я ее.

– Короче, мы не помним, – развели мы вместе руками.

По-моему, Мир не поверил нам ни на грош. Зато включил уже застегнутый на руке комм, перекинул через плечо сумку и настойчиво потребовал: «Идем».

Мы нехотя поднялись и пошли указывать дорогу.

– Веда, Дея, где вас носит? – на подходе к общему залу подрезал нас Рогги.

– Хань новое задание выдал, как раз по вашим профилям.

– Ты иди, – быстро сказала я подруге, – я скоро к вам присоединюсь. Помогу только новому пассажиру, – это объяснение вполне удовлетворило нашего крепыша.

Подруга взглянула на меня обеспокоенно, но спорить не стала. Дальше мы с Миром шагали уже вдвоем. Встречающиеся нам по пути члены экипажа разглядывали блондина с подозрением. Память на лица у них была профессиональной, а мой спутник – личностью слишком примечательной.

Однако вопросов нам пока не последовало. Так бы все и шло, если бы на очередном повороте нам не попалась доктор Фей-Конти. Сначала она заметила меня и вежливо кивнула, потом перевела взгляд на блондина – и глаза ее округлились, придав лицу выражение почти священного ужаса, будто она недавно лично прибила его и схоронила в кустах, а он – гляньте! – как ни в чем ни бывало тут разгуливает.

– Э-э.. Мир? – спросила она наконец.

– Ани, – блондин, кстати, выглядел не лучше, чем доктор.

И явно предпочел бы с последней не сталкиваться.

– Что ты тут делаешь? – женщина преодолела первый приступ изумления, но продолжала смотреть на старого знакомого с беспокойством.

– Ищу капитана этого судна, – пояснил тот.

– Я не думаю, что это хорошая иде.. – начала торопливо говорить Анита.

– Что вы хотели со мной обсудить? – на этот спокойный уверенный голос мы обернулись все разом.

А потом Лик разглядел того, кто жаждал его внимания, и сердце мое окончательно провалилось в холодный космический вакуум.

С лица его, и без того холодного, мгновенно сбежало всякое выражение. Никогда еще за все время нашего знакомства я не видела его таким. Даже когда он, все для себя решив, прощался со мной у Разлома, даже когда совсем недавно злился, что я лезу, куда не надо, даже тогда в нем ощущался живой пульсирующий нерв. Сейчас же я видела перед собой совершенно пустую оболочку, сквозь которую застывшим, давно выгоревшим взглядом смотрел мертвец.