Закуска с характером

А ты только что очень сильно помешал ей, а значит, и мне, – ровно сказал Гар.

Глаза при этом у него стали цвета расплавленного серебра. Зелёная жидкость на стойке внезапно замёрзла и ощетинилась острыми ледышками, часть из которых распорола одежду эльфу и вонзилась в кожу. Тот зашипел, хватаясь за руку. Однако не сделал и попытки возмутиться. Наоборот, он очень кротко и покорно сказал:

– Прошу прощения, не знал. Меня никто не предупредил. – Он зло мазнул взглядом окружающий народ. – И Ярослава промолчала. Иначе я бы…

– Она молчала, потому что ей так было приказано, – не меняя интонацию ни на градус, прервал Гар.

Эльф окончательно затух.

– Идём, Ярослава, – распорядился Гар, не глядя на него больше. – Нас ждут.

Он подал мне руку, помогая слезть со стула, и повёл в сторону бархатной занавески. При этом у меня буквально припекало спину от злобного и одновременно изумлённого взгляда Таэллана.

Охранники предупредительно приподняли штору, пропуская нас внутрь.

Мне очень хотелось высказаться, но Гар целеустремлённо шёл вперёд, и я решила придержать эмоции до лучших времён.

Мы поднялись по узкой и не особенно чистой лестнице, пересекли площадку (там тоже стояла охрана) и вошли в небольшой зал, весь отделанный золотом и безвкусно уставленный дорогущей мебелью.

За чудовищно огромным директорским столом на обитом бархатом кресле, более похожем на трон, восседал пухлый лысый мужчина в махровом халате. Нечеловеческую природу в нём выдавала только серая с прозеленью кожа.

Он казался бы, пожалуй, эдаким забавным пухлячком с румяными подрагивающими щёчками, если бы не глаза. Глаза были откровенно страшными.

При одном взгляде в них как-то сразу становилось ясно, что передо мной невероятно опасный тип. Было в нём что-то жуткое и одновременно мерзкое, гнилое.

На миг у меня перехватило дыхание, а внутри образовалась противное предчувствие надвигающейся угрозы. Показалось, будто какая-то тёмная субстанция окружает со всех сторон, тянется ко мне щупальцами и хочет проникнуть внутрь.

Гар сильнее сжал мою руку и ощущение исчезло.

При виде меня серокожий заметно оживился.

– О, ты с подарком, Гарграниэль?

Я напряглась, но мой спутник холодно уточнил:

– С чего бы?

– Ну да, – затух тот, с сожалением облизнув пухлые губы. – Ожидать от тебя подобной любезности не приходится. Что ж, присаживайтесь, дорогие гости, и выкладывайте, ради какого срочного дела меня выдернули с массажа.