Магическая практика. Пройти и (не) влюбиться

Зверь сделал еще несколько неровных шагов, опять заревел и рухнул.

Я опустился на траву, вырвал пучок, снова и снова тер клинок, хотя сталь уже стала чистой. Ледяной кристалл растаял, и теперь сердце билось где-то в горле, мешая дышать. И руки тряслись.

— Кто вы? — раздался дрожащий голосок заучки. — Вы ранены? Я сейчас!

Ну да, в темноте леса все, что она видела, — две схватившиеся тени. Хорошо хоть хватило ума не запустить огневик, чтобы все разглядеть. Тогда бы мне конец и пришел.

Я прокашлялся.

— Это я.

— Ты? — ошалело выдохнула она.

Я поспешно убрал «Кошачий глаз» и зажмурился. Осторожно открыл глаза, проморгался и разинул рот.

На поляне валялись два мертвых волка. А у ног выскочки лежала туша кабана.

Во дает!

— Ты! — воскликнула она. Подскочила ко мне, начала тормошить. — Что с тобой! Ты ранен?

— Нет, просто чуть не обделался от страха, — признался я.

Тряслись не только руки, самого заколотило знатно. Наверное, не надо было говорить такое девчонке, припомнит ведь наверняка.

Огневик погас. Я ждал еще одного, но его не последовало. Я отстранил девчонку, снова сотворив «Кошачий глаз», подошел к кабану, оглядел тушу.

Одна глубокая рана под лопаткой — почти такая же, как та, которой я добил медведя.

— Ты сама его взяла? — полюбопытствовал я, наклоняясь и зачем-то ощупывая рану. Под запекшейся кровью проступила сукровица.

Конечно, сама. Если бы здесь проходили охотники, не оставили бы такого зверя.

— Да. Я искала зайца…

Зайца. Я хихикнул. Зайца.

У нее задрожали губы, и я торопливо добавил:

— Отличного зайца добыла.

Когда на тебя летит полтора центнера ярости, мышц и клыков, нужно иметь стальные нервы, чтобы не удрать с визгом… и не отправиться на тот свет. Чтобы пропустить мимо себя разъяренного зверя, как тореадор пропускает быка на арене, и всадить заклинание в уязвимое место. «Магическая стрела», судя по форме раны.

Неважно, на самом деле. Девчонка-то и правда боец. Конечно, во многом ей повезло, ну так и мне только что повезло. Достаточно я на охотах бывал, чтобы это знать.

Я подошел к ней, мазнул по ее лицу перемазанными кабаньей кровью пальцами.

— Что ты делаешь? — пискнула Габриэла.

— Посвящаю тебя в охотники. В одиночку кабана добыть — это не шуточки!

— Опять издеваешься?

— Я совершенно серьезен.