Чужой мир - мои правила

Еще по чарке выпили, и ждать принялись, а в это время Межа на улицу выскочил.

Топор схватил, и столбы с крыльца повыбивал. Кровля рухнула, и вход завалила. Успел. С черного хода забежал, и вторых сватов там встретил:

— Вы уж не обессудьте, гости дорогие. Незадача у меня случилась. Сосед пьяный на повозке дом перепутал, да столбы посшибал. Страх какой бедлам натворил, паскудник. Ну да ничего, он мне за все ответит. Вы проходите в сени, там я стол накрыл, в горнице переломано все, не по чину так-то сватов привечать.

По чарке выпьем, дочурку мою посмотрим, да по рукам ударим.

Расстроились гости. Не такой прием ожидали, ну да что теперь поделаешь. Каждого беда коснуться может. Поняли все, прошли, да за стол сели, меду хмельного с хозяином отведали. Пошло сватовство. Но тут Межа подхватился.

— Ой простите старого, совсем запамятовал. Сейчас сосед придет, урон смотреть. Вы посидите чуток, я быстренько, одна нога там, а друга ужо тута. — И вон выскочил, а сам дочку за руку, и к первым сватам бегом, а те уже волнуются, что за шум во дворе? Успокоил их Межа, мол дрова привезли, и с ними еще чарку хмельную пригубил, как и положено, до дна.

В голове зашумело, видано ли дело, с двух-то столов хмельное лакать. — Смотрите, — говорит, — покудова кровинку мою, а я дрова приму, выгружу. — А сам вновь ко вторым сватам. — Дочурка прихорашивается, — молвит, — понравится вам хочет. Простите уж за ожидание. — И еще чарку, уже с ними, до дна.

Несколько раз так сбегал, а мед-то штука коварная, не сразу наземь положит, но непременно так и сделает, ежели меры не знать.

Ноженьки заплелись у Межи, да упал он во время очередной перебежки, и уснул, аки младенец, лежит да посапывает.

Дочка как раз первым сватам показывалась. Вторые ждали — пождали, да терпелка закончилась. Пошли выяснять, куда хозяин подевался. В горницу входят, а там их невесту, кою сватать пришли, какие-то мужики осматривают, едва не ощупывают. Вскипела кровушка праведным гневом, да еще и на хмельную голову, вот разбираться и не стали, сразу в драку кинулись.

От горницы одни щепы остались. Дочке нечаянно в глаз заехали, синяк знатный оставили. Потом, конечно, разобрались, что да как. Руки пожали, по чарке примирительной, из того, что неразбито осталось, выпили, да ушли восвояси, плюнув на сватовство непотребное.

Проснулся Межа уже утром. Во рту огурец малосольный, рядом крынка с квасом, да дочка с синяком, и в слезах, рыдает белугой.

Такие вот дела... Ославился на всю округу хитрюга-мельник.