Попаданка для короля морей

– Быстрее, ползешь как каракатица! – снова прикрикнул штурман. Он уже почти добрался до «гнезда», в то время как я была еще на половине пути.

Только опершись на перегородки, я позволила себе взглянуть вниз. До этого видела только канаты, за которые надо хвататься, и небо, бесконечно-голубое, очень далекое и никак не желающее приближаться, сколько бы ни карабкалась. Теперь перед моим взглядом раскинулся бескрайний простор. И я-то, наивная, думала, что стоять на палубе корабля – это свобода? Ничуть не бывало! Настоящая, подлинная свобода ощущалась именно здесь, на высоте птичьего полета, где качка мерно швыряла мачту из стороны в сторону, ветер выбивал из глаз слезы, не было укрытия от палящего солнца.

Вцепившись в мачту, я сделала несколько глубоких, неровных вздохов, но до конца успокоиться так и не смогла. Ветер здесь, наверху, опьянял. Голова оставалась по-прежнему ясной, тело – полностью подчинялось, но грудь горела от восторга, который, казалось, прямо сейчас разорвет изнутри.

– Все вы, птенцы, в «вороньем гнезде» одинаковые, – наблюдая за моей реакцией, проворчал Дуглас, однако от меня не укрылась его понимающая улыбка и доброта в прищуренных глазах.

Штурман еще немного помолчал, наблюдая за приближением корабля к острову и давая «ученице» время, чтобы освоиться.

– Наблюдай за цветом воды, – старик-штурман, казалось, был полностью погружен в свои мысли и озвучивал их исключительно ради меня.

Я последовала его совету, и через пару минут напряжения смогла, наконец, различить оттенки морской глади. На темно-голубой воде для меня все ярче проступали светло-голубые и темно-зеленые пятна, блики на волнах быстро сложились в картину течений и водоворотов.

– Темно-голубая вода там, где глубина вполне приличная, темно-синий или темно зеленый цвет означает очень большую глубину, или водоросли – со временем научишься отличать, – продолжал бормотать старик, а я ловила каждое его слово, не отрывая взгляда от слепяще-яркой воды.

– Обычно удобные заливы есть в устьях рек.