Попаданка для короля морей

- Значит, Дуглас, все-таки проболтался, - констатировал Фрэдерик, при этом все так же поддерживая меня на узкой тропе, хоть в помощи я при дневном свете и не нуждалась. – Впрочем, ты девушка умная, наверное и сама догадалась.

Я почувствовала, что мы теперь поднимаемся в гору, но не сопротивлялась – просто шла следом за Фрэдериком, хоть легкое опасение и поселилось в сердце. Но если не доверять в этом мире ему, который без колебаний пришел на помощь не другу даже – просто бывшему товарищу – то кому же?

Преодолев крутой скалистый подъем и почти втащив меня следом, он продолжил.

- Когда на нас пало проклятье, я думал, что никогда уже не смогу испытать чувств, хотя бы отдаленно похожих на любовь. Свято верил в это дести лет, - Фрэдерик улыбнулся и отодвинул очередную ветку, низко висящую над тропой.

- Но полагаю, это не мешало тебе развлекаться в том плавучем порту с молодыми девицами? – поддела я из вредности. Слащавость момента давила на меня, хотелось чем-нибудь ее разбавить.

Я прошла вперед и замерла, даже не расслышав, что ответил Фрэдерик. В лицо ударил резкий порыв ветра, а передо мной возвышалась еще одна пирамида. Похожая на ту, в которой я нашла Ксамен Эка, но вполне целая, хоть и поросшая мхом почти до середины.

Дыхание замерло от дикого восторга. Я так хотела увидеть архитектуру майя, так готовилась к поездке.

Перевела взгляд на Фрэдерика, заметила самодовольную улыбку на его лице, но настроение она мне не испортила.

- Только не говори опять «знал, что тебе понравится», - передразнила я.

- Ты сама все сказала, - капитан подал мне руку и повел через заросли колючих кустов к каменной лестнице, вдоль которой спускался из храма на вершине орнамент в виде гигантского извивающегося змея.

Мы поднялись на вершину довольно быстро. Я тут же встала у самого края каменной площадки, наслаждаясь открывшимся видом. Верхушка пирамиды поднималась над деревьями, и весь остров, сплошь покрытый густым лесом, лежал передо мной как на ладони.

Фрэдерик встал за спиной и обнял, в каком-то смысле страхуя от падения. Прикосновение снова оказалось на удивление бережным, будто я - хрустальная статуэтка, которую никак нельзя сломать.

- Но ты удивила, - прошептал он на ухо, крепче прижимая меня к себе.