Трактирщица

Я едва различала среди крови и синяков их рты, носы и заплывшие отёком веки. Кто их так, мамочки?

— Лина Хельда, — звонко сказал юноша из-за спины одного из несчастных, — принимайте гостей. Так рвались к вам, так рвались. Пришлось остановить, допросить и вежливо проводить.

Юноша был чрезвычайно мил. Светлые кудри, голубые глаза, по-мальчишечьи вздёрнутый нос и пухлые губы. «Красивый, как девочка», — говорили о таких. А я смотрела на его хмурых спутников и начинала потихоньку прозревать. Суровые мужчины в неприметной одежде.

Меня узнали, свои имена не сочли нужным сообщить. Охрана? Люди Кеннета? Лучшие наёмные убийцы Фитоллии выглядели, как обычные люди. Наверное, так они и должны были выглядеть, но кудрявый парень смущал. Он-то кто? 

— Стоять, — тихо сказал «обычный» и придёржал окровавленного гостя за плечо. — Нам бы уединиться, лина Хельда. Рассказать, в чём дело. А то непривычно доставлять кого-то живым. 

— М-м-м-м, — выдавил из себя страдалец и сплюнул кровь в траву.

— Может, отпустите?

— Нет уж, дорогой, — кудрявый парень потрепал его по волосам. — Хотел получить долг с невесты главы Клана Смерти — дерзай. Вот она. Перед тобой.

— Н-н-не н-н-надо.

— Поздно, — слишком красивый для наёмного убийцы парень лучезарно улыбнулся. — Ножками двигай, ножками, а то полетишь. Лина Хельда, ну не сражайте уже своей красотой всех без разбора. Посмотрите, в каком гости смятении.

— Сокол, — проворчал его спутник.

И парень, услышав, что его одёрнули, стыдливо опустил взгляд.

Ещё бы ножкой в земле поковырял. О боги всех миров! Тот самый Сокол?     

— Ясного неба, господа, — пришлось постараться, чтобы голос звучал уверенно. Я переводила взгляд с одного побитого гостя на другого, особое внимание уделяя их глазам. Кеннет, кажется, говорил о происхождении прозвища одного из своих наёмников. — Не помню, чтобы задолжала кому-нибудь. Следуйте за мной, здесь могут ходить дети.

Не хочу, чтобы они видели… Нечто подобное. 

Я вернулась в трактир, раздумывая над ситуацией. Может, это и есть убийцы, которых подослала Паучиха? И долг чисто метафорический? Или отец перед смертью вляпался во что-то, а отдуваться придётся мне? 

Привела гостей в трапезную, радуясь, что постояльцы съехали, а дети в приюте. Работники остались там же. «Медвежий угол» уже сидел на чемоданах. 

— Итак, — я обвела взглядом незваных гостей.