Женская магия (или Вызов для попаданки)

Видимо, стремясь скрыть недостатки внешности, кузен отрастил длинную челку, которая упрямо падала ему на нос и закрывала пол-лица. Из-под нее на Лизу взглянули блеклые голубые глаза.

От их взгляда по спине Елизаветы почему-то пробежал холодок. Возникло ощущение, что глаза и лицо Эйда принадлежат разным людям. Физиономия у кузена была вялой, но острый взор пронзал насквозь.

И если некоторую обрюзглость Эйда можно было списать на недавний постельный режим, то этот напряженный взгляд немного сбил Лизу с толку.

Она вспомнила слова Инары: до болезни кузен Эйдэн был подающим надежды магом, специалистом по древним языкам, кандидатом на место лидера какой-то молодежной партии.

Впрочем, когда гости спустились к ужину, Эйд вел себя в соответствии с первым впечатлением Лизы. На его лице застыла вымученная гримаса приветливости, движения оставались вялыми. Эйдэн явно скучал и не проявлял к кузине особого интереса.

Зато дядя Эйтарен, увидев Елизавету в вечернем платье-тунике, удивленно протянул:

— Ты чудесно выглядишь, Лиззи.

Этот наряд тебе очень идет.

Он также сделал несколько комплиментов невестке (с ее новой мантильей, подарком дочерей), Инаре, Эрин и даже новой кукле младшей сестры. Лиза заметила, что дядя вглядывается в лица родственников, словно стараясь решить сложную задачу. И, вне всякого сомнения, загадкой для него стало подросшее благосостояние семьи покойного брата. Похоже, перемены встревожили дядю Эйтарена.

За ужином все его любезное внимание было направлено на госпожу Эреер.

Мейст Эйтарен рассказал о своей недавней поездке в столицу, сообщил политические новости и с искренней радостью поведал о выздоровлении сына. Однако Лиза чувствовала, что дядя не выпускает из фокуса своих племянниц, особенно старшую.

Речь зашла о молодежи. Дядя и госпожа Эреер полностью сошлись во взглядах: юное поколение уже не то. Традиции и мнение старших не уважаются, личные интересы ставятся выше общественных, большинство новомодных увлечений, словно пожар, захватывает умы и сердца молодых, притупляя такое качество, как умеренность.

— А ты, Элизабет, — дядя обратился к Елизавете со снисходительной улыбкой. — Соблюдаешь семейные традиции?

Прежде чем ответить, Елизавета взяла небольшую паузу, чтобы обдумать ответ. Лгать нельзя, об этом она помнила.

— Несомненно, — с твердостью сказала она.

И не соврала. Папенька говорил, что в его семье не бывать бракам между близкими родственниками.