На острие мезальянса

Слышал, вы с ней уже познакомились мисс…

– Лейн, – ответила Анна, правильно расценив эту заминку, – И вы не ошиблись, я действительно имела удовольствие несколько раз видеть мисс Эбигейл.

– Естественно. Она постоянная гостья в Ваден-Холде, а в малышке Айрин души не чает. Не удивительно, что она так часто бывает в замке.

– Хотя эти визиты могли быть не такими частыми, – мрачно отозвался Адам.

Леди Лэнгвертон после его возвращения и вправду зачастила. Её визиты, несмотря на навязчивость, оставались в рамках приличия.

– Что поделать, Эбигейл бывает невероятно упряма. Впрочем, не она одна отличается этим пренеприятным качеством, – многозначительно глядя на друга, произнёс Калеб.

– Это на что ты намекаешь? – вспыхнул Адам, бросив на него недовольный взгляд.

– Мисс Лейн, если жизнь в Ваден-Холде вдруг покажется вам невыносимой, Ален-Холд находится рядом, и моя сестра будет рада помочь вам.

– Почему вы так говорите? Пока что меня полностью устраивает моя жизнь в этом поместье, и нового места я не ищу.

– Как знаете, но моё предложение не имеет срока. Это же не дом, а настоящий склеп! Адам просто ужасный человек. Отличающийся надменностью и высокомерием, а малышка Айрин кого угодно выведет из себя, да и атмосферу в доме, после смерти нашей дорогой Офелии никак не назовёшь приятной.

– Спасибо на добром слове, – процедил Адам, и Анна почувствовала как сам воздух стал тяжелее. От одного упоминания жены, он резко поменялся в лице и немного ускорил шаг.

– Ну не злись, это же правда. Я давно говорил, что тебе пора бы перебраться в столицу. Столько времени тратишь на дорогу между дворцом, особняком в столице, поместьем Офелии и Ваден-Холдом. Ты вообще спишь?

– Нет не сплю! – огрызнулся Адам зашагав ещё быстрее.

Калеб поспешил за другом, а на отставшую гувернантку никто не обратил внимания.

Всю дорогу до поместья, Анна никак не могла выкинуть из головы странное поведение мистера Хэлтора. За его острой реакцией явно стояло нечто большее, нежели обычная скорбь. Имя жены его не просто выбивало из колеи, а вызывало едва сдерживаемую ярость. Это было отчётливо видно по напряжённым губам и челюсти, словно вот-вот послышится скрежет зубов.