На острие мезальянса

Тот с задумчивостью изучал корешки, но стоило ему услышать шаги, сразу же обернулся.

– Мисс Лейн, вы делаете успехи, даже не потрудились постучать, – усмехнулся он.

– Мистер Хэлтор, я не намерена играть с вами и прошу вас, не играйте со мной. Сегодня мне доставили посылку, скажите правду, это ваших рук дело?

– Не буду отрицать, это мой подарок вам на день Восшествия Светлого Святого. В вашем гардеробе нет ни одного достойного наряда, поэтому надеюсь, что вам понравилось.

– Платье чудесное и я ценю что вы вспомнили о моей родине когда делали заказ, но я не нуждаюсь в подобных нарядах и не могу принять настолько дорогой подарок.

– Дайте угадаю, вы предпочли бы вместо этого, комплект шерстяного белья и какую-нибудь книгу? Что ж, я могу подарить вам и это, но посчитал, что дарить бельё было бы не вполне прилично, а за книгами вы можете заглянуть в библиотеку, – парировал он, глядя на гувернантку с вызовом.

– Мистер Хэлтор, гувернантке не дозволено принимать такие подарки.

– Я вам дозволяю.

– Но моё положение…

– Мисс Лейн, вы так часто вспоминаете о своём положении, будто боитесь поверить, что вас можно любить.

– Я не это имела ввиду. Пусть некоторые из ваших признаний и кажутся выдумкой, но я достаточно прогрессивна, что бы принимать людей такими, какие они есть, – сдержанно ответила она, и глубоко вздохнув, продолжила, – Мистер Хэлтор, я не могу принять такой дорогой подарок.

– От чего же? Породистую лошадь из рук Калеба вы приняли, – холодно процедил Адам.

– Это не то, о чём вы подумали, – поспешно ответила Анна, в порыве чувств сделав полшага вперёд, – Мистер Лэнгвертон был так настойчив и он уже всё обговорил с вами.

– Так значит я недостаточно настойчив?

– Я не это имела в виду.

– Мисс Лейн, быть может у моего дорогого друга просто чуть больше обаяния? Вы не оскорбите меня правдой, но я не хочу, что бы вы использовали свой статус как щит, если ваше сердце отдано ему.

– Если вам так будет легче, да, я влюблена в Калеба Лэнгвертона и даже несмотря на это, отказала ему, ибо честь для меня дороже всего, – солгала она, надеясь что хотя бы это, избавит её от навязчивых ухаживаний.

Адам приблизился, и Анна могла чувствовать его дыхание на своей коже. Сердце забилось быстрее. Наклонившись к губам девушки, он прошептал:

– Я знаю, что ваше сердце принадлежит мне.