Возрождение. Книга 1. Легенда

- Не рановато ли для визитов, Отец Юрий? – поинтересовалась девушка, по животному склонив правый висок к плечу. – Помнится мне, вам здесь быть нельзя. Где же настоятельница Мария Ильинична? Не посоветовать ли ей поговорить со своим братом о вашем поведении? Как нехорошо, - она цокнула, делая шаг в комнату. Директор отпустил одеяло и поднялся, выставив руки в примирительном жесте. Миру это еще больше разозлило.

- «Обращается со мной, как со зверушкой. Думает, знает, что нужно делать».

- Это не то, что ты думаешь, Мирослава.

- Ох, вероятно, вы правы, но…

- Постарайся расслабиться, Мира, - попросил голос, и та охотно выполнила эту просьбу, даже не закончив предложение.

- Мирослава? – обеспокоенно позвал Отец Юрий, пытаясь разглядеть в ее задумчивом лице хоть какой-то намек на дальнейшие действия. – Где твой крест?

- Сняла.

Директор уже не выглядел испуганным, лишь настороженным и чрезмерно внимательным. Оглядев ученицу, он медленно потянулся к своей шее и расстегнул подвеску. Затем протянул дрожащей рукой.

- Возьми мою, дитя. Надень. Негоже без оберега разгуливать.

Мира невольно скривилась и ударила по протянутой руке так сильно, что крест выскользнул из нее прямо в открытый дверной проем.

- Оставь эту чушь при себе, папаша, - отчеканила она уже против своей воли. То была не она вовсе. – Лучше бы ты сидел в своей коморке и не высовывался. Уходи. И помни, что не ты один бродишь ночью по зданию.

Отец Юрий попятился к двери и, едва расстояние между ним и девушкой стало внушительным, умчался по коридору, прихватив свое украшение.

- Пожалуйста, - сказал голос. В эту же секунду все ощущения притупились, появился звон в голове, недавно ушедшая слабость привела за собой сонливость. Мира коснулась лба ладонью и села на постель Василисы, которая наблюдала за всем происходящим со стороны в абсолютном молчании. Все, что смогла сделать, - натянуть одеяло до подбородка.

Когда старшая смогла разомкнуть потяжелевшие веки, девочка сидела рядом, протянув свой крест.

- Надень. Прошу тебя, - тихо проскулила она, дрожа не то от страха, не то от подкативших слез.

Мира кивнула и неловко застегнула цепочку на шее. Легкость обернулась небывалой тяжестью, будто вместо небольшого куска металла к полу тянулся подвешенный чугунный слиток.

Вася кинулась на девушку с объятиями. Из последних сил обнимая ее в ответ, Мира думала только о том, насколько хуже стала чувствовать себя. Смелость испарилась, голос ушел, а страх и вина наполнили образовавшееся пространство.