Возрождение. Книга 1. Легенда

Мира даже не попыталась ответить, только вжала в плечи голову от горячей волны стыда. Под пристальным вниманием Верховного настоятеля, переваривать сказанные им слова оказалось тяжело. Хватило лишь некоторых из них, чтобы отрубить любые попытки мыслить здраво, осталось только сожаление и желание поскорее скрыться от большого, мудрого воспитателя.

С трудом поджав онемевшие губы, ученица направилась по дорожке на свет искусственных свечей.

В комнате она не решилась вновь посмотреться в зеркало, села на постель спиной к нему и спрятала ладони под бедра в попытке убедить себя, что не случилось ничего страшного.

Получалось с трудом, если не сказать «не получалось вовсе». Зрачки уставились в одну точку на стене, в какую-то небольшую трещинку, идущую из-за изголовья кровати. Ожоги зудели, заставляя мышцы на лице неконтролируемо сокращаться.

- Как прокаженная, - прошептала Мира, отведя взгляд от рваных линий. – Вдруг, правда? Глаз дергается.

Рука, точно ватная, придержала трясущееся нижнее веко. Девушка сглотнула и села ровно, повернувшись теперь лицом к двери.

Слова Верховного настоятеля смешались с произошедшим во время молитвы, и теперь все складывалось в одну картину.

- «Все, что нужно – успокоиться. Я обязательно решу это, я искуплю свою вину, буду молиться, даже если придется стереть язык в кровь. Но сейчас нужно думать о другом. Прости, Творец, простите, Верховные настоятели».

Мира поднялась с постели, но едва ли не рухнула обратно от громкого стука в дверь.

- Ты здесь? Мы решили за тобой зайти, - проговорила Ксюша приглушенно.

- Д-да, да, хорошо.

- «Ты явно боишься не того, чего следовало бы», - пронеслось с потоком воздуха, созданного в движении.

У каждого человека есть внутренний голос, проговаривающий все его мысли, будто это делает кто-то другой. Голос всегда мужской или женский, обладающий какими-то характеристиками, всегда особенный и запоминающийся. Этот же был никаким. Не понять, кому принадлежал но, что важнее, Мира тот час определила – он точно не принадлежал ей.

Чужой, но неуловимо знакомый.

Мигнула совсем новая лампочка, погрузив спальню во тьму на секунду.

- Ты чего притихла? Мы зайдем? – вновь заговорила Ксюша. Ее звучание было слишком хорошо знакомо напуганной девушке, потому она встряхнулась и поспешила покинуть комнату, оттягивая рукава платья к пальцам, а ворот – как можно выше. Даже поступилась правилами пансиона и выпустила несколько темных прядей из-под платка, чтобы немного прикрыть лицо.