Возрождение. Книга 1. Легенда

Стараясь поменьше слушать, что говорят присутствующие, продолжила складывать отрезки темной ткани. С одной стороны, она часто думала о том, каким плохим являлся воспитывающий их священнослужитель - его действиям нет оправдания; но с другой, слыша подобные вещи о нем, сама вспоминала, насколько положительным этот человек казался ей в детстве. Мира не знала, какие чувства испытывают люди к родителям, но Отец Юрий точно когда-то занял место отца в ее голове. Рассеянный образ, набросок папы, которого маленькой сироте часто не хватало.

И что теперь?

После того вечера, когда он попытался раздеть ее прямо за углом, в стенах их общего дома, она ощущала дикую обиду не только из-за предательства фигуры, которую уважала, но и из-за того, что действительно любила Отца Юрия, как родителя. Прошло много лет, но состояние брошенного ребенка частенько давило, особенно, когда по-хорошему странный директор читал забавные нотации подросткам или занимался с малышами у нее на глазах.

Они никогда не были близки.

От мысли, что он специально сближается с детьми таким способом, Мира чувствовала тошноту и отвращение. Это низко.

Девушки вышли из комнаты только вечером. Оттуда они направились прямиком на первый этаж, в зал для молитвы.

Чем ближе Мира оказывалась к этому месту, тем чаще билось ее сердце. Казалось, всему виной присутствие всех настоятелей и вынужденное нахождение с ними в одной комнате, но была у этого и еще одна предполагаемая причина – преемник Константин, одна мысль о котором делала саму жизнь приятно некомфортной, если такое словосочетание не исключает само себя. Ей хотелось увидеть его, но в то же время это желание вызывало скручивающий тело стыд и даже подобие страха.

- «А если он правда будет проводить молитву?» - при одной мысли об этом Мира залилась краской. Щеки вспыхнули, потому она отвернулась от проходящих людей, ожидая, когда жар пройдет. Никто этого даже не заметил, компания продолжала идти по коридору и болтать. Ксюша все это время с трепетом сжимала ее ладонь.

В зале все было готово к ритуалу. Просторное пространство большой комнаты, почти полностью белой, сияло золотыми элементами.