Возрождение. Книга 1. Легенда

К тому же, теперь это казалось лишь одной из нескольких проблем, а не бесценным секретом, который нужно было оберегать.

- Чего? – Вика вновь подалась вперед, сократив расстояние между ними. Казалось, еще немного, и она залезет на стол. – Зачем? Неужели, эти истории о тебе и Константине – правда? Тебе так важно, чтобы он на место повыше перебрался? Вот это самопожертвование. Хотя, понимаю, он горячий, если уж говорить откровенно.

Мира не слишком удивилась. Даже такое странное прилагательное, как «горячий», которое она слышала лишь единожды до этого, от Лиодора, ее не смутило больше, чем было положено.

В попытке сдержать надвигающиеся слезы, спрятала лицо в ладонях и надавила пальцами на переносицу. Никак не выходило.

- Дело в том, что он делает по ночам с девочками, и я знаю, что ты в курсе.

- То есть? Ты тоже знаешь? – Вика качнула головой.

- Знаю. Потому и влезла во все это. Он – животное. То, что он делает… Такая грязь, он морально их убивает, так нельзя, - голос Миры сорвался на горячий шепот, когда она заканчивала свою мысль.

- Погоди. А мы с тобой точно об одном говорим? Слушай… О-о-о-о-о, - она вдруг догадалась, о чем подумала сидящая напротив брюнетка, и, вытянув губы трубочкой, выдохнула. – Я наверняка знаю, что ничего подобного, - на последнем слове был выставлен акцент, - он не делает. Но делает кое-что другое, что является его основной работой здесь. Это для нас он – директор, а для тех индюков и индюшек, которым нас время от времени демонстрируют, как медведей в зоопарке, Отец Юрий – смотритель.

Мира не двигалась. На ее лице отобразилось нечто среднее, между безразличием от выгорания и отчаянием. Она вдруг осознала, что все это время немыслимо сильно ошибалась.

- Скажи, что ты просто хочешь меня успокоить.

- Конечно! Я это и делаю, я же сказала, что с девочками все хорошо. Ну, относительно. Здесь не курорт.

- Не может быть.

- Еще, кстати, Константин, как преемник, ему помогает.

Из заторможенного состояния, длившегося добрых пару минут, Миру смогла выдернуть только громкая беседа за тем же соседним столиком. Она даже не сразу разобрала слова, настолько была погружена в собственные депрессивные мысли.

- «Это все ведь бессмысленно».

Весь проделанный путь показался всего лишь тратой времени и ресурсов.