Возрождение. Книга 1. Легенда

- И какая же, по-твоему? – Дор посмотрел на рыжеволосую, прикрыв один глаз. Для него эта беседа была игрой, детским лепетом.

- Мор.

Ироничное выражение лица продержалось не долго. Существо смерило девушку презрительным взглядом и заботливо посадило паука на подоконник. Вика почувствовала себя более уязвимой, чем секунду назад - теперь руки потустороннего гостя пусты.

- Не смей даже говорить о нем, - отчеканил Лиодор. – Он давно мертв, и не по твоим силам это изменить.

- Я смею говорить о нем, более того, имею на это полное право.

- Не в этой жизни, ведьма.

Вика склонила голову, демонстрируя взаимную неприязнь.

- Я знаю многое об этом месте, тебе понадобятся эти знания, чтобы выбраться. Без меня ты застрянешь тут на долгие годы, сам знаешь. Хотя… У Миры остался всего один, а потом тебя, вероятно, выкурят из ее тела и повезет, если отправят назад. Вероятность этого крайне мала, сам знаешь. Скорее всего, ты не проживешь и секундой больше, чем тебе позволят.

- Да мне похрен, - коротко ответил Лиодор. – Или ты думала, что возьмешь манипуляциями меня? – он усмехнулся. – Меня?

- Это не манипуляция, а факт, и ты знаешь это лучше моего.

- Ты все еще самонадеянна. Хорошо, - существо заговорило с новым приливом энергии, - давай поговорим, и я решу, нужна ли мне твоя помощь. Ты знаешь, где вместилище второго пастыря?

- Точно не здесь. Мира была единственной, потому я все время наблюдала за ней, ждала, когда ты придешь, - Вика выдержала паузу, не зная, заходить ли дальше в своем ответе.

Дор кивнул, обозначая, что понимает эти мысли.

- Что находится за дверью подвала?

- Наверняка не могу сказать, но, думаю, там «сердце», - девушка скрестила руки на груди и принялась переваливать вес тела с пяток на носок. – Хорошо охраняют.

- Не заметил. Там только печати и замки, а это такая себе охрана.

- Потому ты сейчас стоишь здесь, а не тормошишь его содержимое?

Дор скривился, пытаясь передразнить рыжеволосую.

- Опять начинаю жалеть, что мы сняли тебя с того столба.

- Не сомневаюсь.

Вдоволь нашутившись, они посмотрели друг на друга уже серьезнее. Кажется, в чертах обоих промелькнула радость, правда, едва различимая за кучей всплывших на поверхность спорных моментов. На ровне с хорошим в их общей истории было плохое, это неизбежно.