Хозяйка Чернолесья

— Ничего не хочу слышать, — он снова зевнул. — Ты сама виновата. Я и раньше всё время желал тебя. А теперь, когда ты моя до такой степени, что вынашиваешь моего ребёнка… Нет никаких сил думать о чём-то, кроме тебя на этих простынях. Клянусь, у меня всё время в ушах стоят твои стоны и тихие вздохи… Ох, давай сначала благодарность, а потом уже сон, а?

Я застонала. Это стало для Эда последней каплей — он подмял меня под себя.

***Луна висела так низко, что в лесу будто и вовсе не наступала ночь. Мы с Эдвином стояли у того самого круга, из которого вышел Ник.

В целом в нем действительно не оказалось ничего сложного. Заклинание, пара капель крови и несколько жестов, исполненных в нужном порядке. Ах, да! Родовые артефакты.

Ещё один большой обман. Артефакты не были прям такими уж розовыми. По нелепой и ужасной традиции, первую чешую чо Змея снимают насильно, не ожидая линьки. Дерольд заверил, что это не так больно, как кажется, но я не поверила.

— Ты не был одет в такой плащ, — припомнила я, разглядывая одеяние Эда.

— На мне был перстень, — он показал чёрное кольцо. — Это оберег, но он сделан из моей первой чешуи. Так что брак законен и по нашим традициям, не переживай.

Я слегка поёжилась. Ночами в лесу становилось прохладно. А тут ещё такие ужасы. Нет, я многое повидала в своей жизни.

Иначе к шестнадцати годам сына я самолично вырежу все Змеиное Гнездо, чтобы они не попытались снять шкуру с моего малыша. Потому что если мне не приведут нормальные аргументы в пользу подобной дикости, предложение устроить для сына посвящение будет расценено как угроза моей семье.

А те, кто смеют моей семье угрожать, долго не живут.

— Пора начинать, — выдохнула я облачко пара и обняла себя за плечи.

— Читай заклинание, — муж передал мне тетрадь, куда переписал все подробности обряда. — Не волнуйся и не торопись, у нас вся ночь в запасе.

— Не учи ведьму зелья варить, — фыркнула я. Откашлялась и начала зачитывать заклинание на древнем языке. — Теперь кровь.

Дерольд протянул мне кинжал, и я осторожно уколола его палец, чтобы сцедить на лезвие пару капель рубиновой жидкости.

— Кровью пришлого запечатываю путь пришлым! — провозгласила я.