Враг моего сердца

— Зато смотри, как быстро охолонула, — он кивнул на тут же опустившую руки княгиню. — А то устроили бы тут курятник. Растаскивай их. Сядь, варяг. А то морду тебе и с другой стороны располосую.

Эрвар опустил взгляд на меч и медленно сел рядом с мгновенно помертвевшей княгиней. Чаян, единственный кто со своего места и не двинулся, только усмехнулся довольно. Но не преминул отчитать брата:

— Ты всё ж с женщинами полегче. А то так и не женишься никогда.

— Можно подумать, мне это надобно, — хмыкнул тот, убирая меч в ножны.

Елица ничуть не удивилась тому, как Леден решил успокоить Зимаву. Скорее теперь её удивляло, как он оставил в живых Денко и его уцелевших товарищей. И в этот миг он чем-то неуловимо напомнил ей Отрада. Хоть и были они настолько разными, как живая, согретая Дажьбожьим оком земля отличается от холодного гранита скалы.

И вдруг эта мысль прояснила что-то в голове. Словно вспышкой пронеслось воспоминание о том, что было ещё до замужества Елицы. И о странных отлучках отца в те края, где он и нашёл для дочери супруга.

О том, как он настаивал на свадьбе с парнем кровей простых, даже не боярских. Всего-то за сына старосты дочь отдать решил. И отбыла она после обряда рука об руку с мужем в те края, где старые, укутанные в леса горы окружали россыпь больших и малых весей. И так Борила наказал давнему другу своему Остромиру, отцу Радима, беречь самое ценное, что есть у него. Может, и не дочь он вовсе имел в виду? Одно сложилось с другим так ладно, что можно было лишь поблагодарить Зимаву и Ледена за эту короткую встряску.

— Кажется, я всё же знаю, где искать Сердце, — негромко пробормотала она, но все вдруг смолкли и вперились в неё с ожиданием. — Только ехать далёко.

— Поедем, куда надобно, — тут же оживившись, Чаян едва не привстал.

Елица покусала губу, ещё сомневаясь, не ошиблась ли. Она посмотрела на каждого, кто сидел здесь, встречая во взглядах нетерпение.

— С тобой одним буду о том говорить, Чаян, — проговорила она, едва не ёжась от того, как близко к ней сидит Зимава, окутывая своей злобой, словно задушить пытаясь.

Княжич кивнул и склонился к плечу брата, что-то тихо ему сказав. Леден, не сводя напряжённого взгляда с Елицы, встал первым и пошёл прочь. Ему-то, конечно, Чаян обо всём потом расскажет. А вот другим лучше бы пока ничего не слышать. Княгиня фыркнула тихо и презрительно, но возражать не стала — ушла тоже вместе с варягом и воеводой.