Враг моего сердца

Елица не стала больше ничего о том говорить: выбирать не приходится. Она просто помогла отроку, которого звали Брашко, приготовить похлёбку — повечерять, а после осталась ненадолго у костра, слушая тихий разговор воинов. Как ни трудно им жилось в Остёрском княжестве с их вечными неурожаями и часто скверной погодой, а вспоминали они дом. И тех, кого там оставили, радуясь, что выжить удалось и доведётся ещё вернуться в свои избы.

Скрывшись было в шатре, Леден вернулся скоро и тоже сел у огня, пока отрок хлопотал у очага внутри, протапливая укрытие.

Елица повозила ложкой по дну пустой деревянной миски и покосилась на него, задумчивого и всё такого же отстранённого, как и всегда. Словно не было в княжиче той искры жизни и любопытства к ней, что заставляла кметей говорить друг с другом, вспоминая былое и заглядывая в грядущее.

И от этой неподвижности и безразличия он становился похож на холодный месяц, что висел, сияя сквозь голые ветви, на тёмном небе над его головой.

— Может, расскажешь, зачем меня из Звяницы забрали? — решилась она спросить.

— Или просто род княжеский решили под корень извести?

Леден повернулся к ней, снова окинул тягучим взглядом — и захотелось поёжиться.

— Если бы я убить тебя хотел, княжна, то не стал бы тащить до Велеборска.

— А может прилюдно казнить хотите, — она дёрнула плечом.

Княжич вдруг хмыкнул громко. Кмети притихли, посматривая в их сторону. Вспорхнула где-то в чаще ночная птица — глухое хлопанье её крыльев разнеслось вокруг и смолкло.

— Вы, гляжу, у себя в княжестве думаете, что все, кроме вас, звери неразумные и кровожадные, — он снова впился иглами глаз в её лицо.

— Но нет, не польётся твоя кровушка по мостовой Велеборска, не бойся. Пока что. А дело для тебя у нас важное. Но без Чаяна я говорить о нём с тобой не буду. Но, может, и сама догадаешься, коли поразмыслишь.

Елица прищурилась, разглядывая его. И насколько же спокоен его голос, словно река по ровному месту льётся. И во взоре — ничего не вспыхивает, не отражается — а потому мыслей истинных никак не поймёшь.

Хоть, вроде, и разозлился.

— Ты всегда такой? — не удержалась она. — Словно в лёд вмёрзший?

Леден встал и глянул мимо неё будто бы между сосновых стволов в сторону речки, одного из бесчисленных и порой безымянных притоков Звяни. Отсветы огня делали кожу княжича будто бы немного теплее, но всё равно не скрадывали её особого оттенка.

— Тебе же оттого лучше, — бросил он и пошёл к воде. То ли умыться, то ли просто скрыться от неприятных расспросов.