Хранитель чаек

– Пусть возьмут кого-нибудь ещё.

Принц приблизился, встал позади неё. Бесшумный, как тень.

– Они хотят её.

– Пусть возьмут кого-то ещё.

Брат рывком развернул Гедду к себе лицом и тотчас в его грудь, точно между ребер, закрывающих сердце, уткнулось остриё.

– Гедда, зачем тебе нужна эта девочка?

У Альшарса глаза были совсем светлые и от этого казались белыми. Щёку наискосок рассекал застарелый рваный шрам, начинающийся от уголка левого глаза. Люди не любили смотреть в лицо наследника кровавого трона.

– Нужна.

– Когда отец умрёт, я стану королём. Ты не должна действовать за моей спиной.

Принцесса тоже избегала заглядывать в страшные глаза старшего брата. Она сосредоточила свой взор на его узких губах.

– Когда, – прошипела, усиливая нажим клинка.

– Ты такая же упрямая, каким был Калфус, – прошептал Альшарс, наклонившись к её лицу. – Не боишься разделить его участь?

Он был высок, очень высок. На голову выше самых высоких всадников. Гедда, гордившаяся своим ростом, едва достигала ему плеча.

– Огненный змей погиб в поединке. Это была славная смерть, – возразила она.

– Его раздавил Медведь, – напомнил принц. – Раздавил как змеёныша, а не змея.

Гедда ухмыльнулась.

– Его забрал бог Смерти. И теперь Калфус пирует в его костяных чертогах вместе с другими славными воинами. А ты прячешься за стенами замка, и твои всадники редко чувствуют вкус настоящей крови. Вы забыли, каково это – вгрызаться в живую медвежатину!

Альшарс внезапно вывернул сестре руку, а затем ударил по губам принцессы.

– Заткнись, женщина. Помни, это я убил Старого Медведя. А твой брат смог лишь поймать нож Молодого. Погибнуть – легко, победить – тяжело.

Она, наконец, взглянула в его глаза, усмехаясь, и как будто не заметила, как хрустнула в запястье кость.

– Когда я стану королём, Гедда, то выдам тебя замуж, – медленно, растягивая свистящие звуки, продолжил принц. – Всадники кинут жребий, кому войти к тебе. Кому ты отдашь свою плеть.

– Я скажу отцу, что сын ждёт его смерти, – оскалилась принцесса.

– Он знает.

Гедда отвела глаза. Альшарс был первенцем короля. Скоро должны были отмечать его тридцатую весну после первой кровавой жертвы. Отчёт лет всадники начинали не с рождения, а с первого жертвоприношения.

– Отдай нам девчонку, Гедда, – снова повторил брат.

Принцесса опустила ресницы, подняла левую руку и бережно поправила одну из ярко-алых кос наследника, лежавших на ярко-алом камзоле.