Академия Сказочных Созданий 2. Яга против Темного

Я нашла Ульяну, выложив ей то, что мне сообщил декан.

– Я с тобой тогда, – сказала русалка. – Справим твой день рождения, и ты обратно меня вернешь.

В людское измерение прибыли без особых спецэффектов – просто материализовались в моей квартире. Мрак, едва увидев меня, кинулся обнимать, мурча что-то там на кошачьем, что наверняка значило «Маша, наконец-то, ты живая!».

– Второй кровати у меня нет, – растеряно обернулась к Змию. – Могу постелить на полу.

– Да, разумеется, – пожал плечами декан.

Русалка, нервно хихикнув, ушла на кухню – она явно чувствовала себя с нами третьей лишней.

Спальное место для дракона подготавливала молча, остро чувствуя его присутствие в комнате. Вот же сухарь, знает, как девушка мучается, неужели ничего так и не сделает?

Сделал – ушел следом за Ульяной. Класс. Молодец. И как я дальше в Академии учиться буду, когда на своего декана спокойно даже взглянуть не могу?

Ночь прошла без инцидентов. К удивлению, мне спалось крепко, будто в черную дыру ухнула. Проснулась я от того, что нечто весьма знакомое, щекотало мою лодыжку.

Сам обладатель хвоста лежал на полу, глядя в потолок. Непонятно было – давно ли он встал, и спал ли вообще.

– Студентка Велесова, что вы себе позволяете? – перехватив мой взгляд, шепотом спросил декан.

Ну да, хвост сам приполз, а позволяю себе я, железная логика.

– А что я? – ответила вслух. – Я вообще только со сна.

– Ты, Маша, не сосна, ты – елка! – фыркнул декан, но хвост свой не забрал.

Так и лежали – Ульяна храпела рядышком, Змий на полу, пытаясь выискать вселенский смысл в моей люстре, я – прижимая к себе драконий хвост.

Жаль, что это ненадолго и уже через пару дней декан вернется в сказочное измерение. И хвост с собой заберет. Без всякой возможности на примирение. Мне теперь что, всю жизнь по нему так сохнуть? Будто приворожил, а как обратно – не сказал.

Утром, когда Уля проснулась, драконий хвост пришлось отпустить, и идти соображать завтрак.

Весь день прошел на грани.

Дракон ничего такого не говорил, ничего не делал, но в воздухе чувствовалось особое напряжение. То рукой меня случайно коснется, да задержит немного дольше, чем требуется. То взглянет как-то многозначительно, до мурашек. То имя мое таким тоном произнесет, будто мы одни во всем мире.