Ледяная княжна

Пусть останется просто Лэриш, пока не найду способ доказать свою невиновность. Княжна уйдет в прошлое, все равно от титула сейчас никакого толку.

Ледяной кивнул, словно ожидал подобного ответа.

— Циркач, Сказочник, убрать шатара с тропы. Сойка, помоги Зеленому с рукой. — Он распоряжался так, словно меня здесь уже не было. — И быстрее, мы и так выбиваемся из графика.

— А что с ней? — кивнул на меня младший.

Маг подарил мне долгий взгляд, и на этот раз насмешки в нем не было. Сердце замерло, а в голове успела промелькнуть страшная мысль: все, добегалась.

Ну не абсурдно ли будет погибнуть от рук своих?

— Возьмем с собой. Полковник захочет с ней поговорить.

— А если я не захочу?

Ледяной тонко усмехнулся, и сразу стало ясно, что мне озвучат очередную гадость.

— Сейчас осень. У всех животных подрастают детеныши.

Он намекает, что по округе бродит жаждущая отомстить за гибель отпрыска мамаша? В таком случае, между шатаром и северянами я выберу северян.

Они действительно торопились. Пока убирали останки шатара, Сойка залечил рану Зеленому.

Потом присел около меня.

— Твое? — Протянул флягу. Надо же, а я с ней уже попрощалась.

— Спасибо. — Я взяла и не смогла не улыбнуться. Даже не верится, что они братья. Старший напоминает застывший кусок льда, а младший — словно прохладный ветерок в жаркий летний день.

— Давай посмотрю, что с ногой.

Морщась, сняла повязку. Лес, я сижу на мху, а незнакомый мужчина, которому я даже не представлена, видит кусок обнаженной кожи бедра.

Да моя преподавательница этикета в обморок бы грохнулась от такого зрелища! И плевать, что на коже надрез, я в штанах, и мужчина — целитель. ПрОклятые приличия!

Нет, я точно неправильная княжна. Прикосновения прохладных пальцев приятны, и мне ни капельки не стыдно.

— Видишь, края багроветь начинают? — Он обвел пальцем рану. — Это заражение.

И почему я не удивлена? Сегодня не мой день. Дожить бы до вечера и не отправиться за грань.

— Я сейчас почищу рану, но закрывать не стану.

Завтра проверим, а после заживим. Хорошо? А на командира не злись. Хоть ты нам и помогла, он не может доверять первому встречному.

Я понимала, но все равно злилась.

— И зря ты не стала с нами говорить.

Да, наверное, стоило попытаться. Но ненависть в голубых глазах плохой помощник откровению.

— Вот и все. — Он отнял руку. — Помочь перевязать?

— Спасибо, я справлюсь.

От одной мысли, что его руки будут еще ближе, мне стало плохо, а щеки загорелись румянцем.