Одинокий некромант желает познакомиться

Что до пансионата, то там Анне нравилось. Пусть и не обзавелась она подругами, в силу собственной нелюдимости и характера, который наставницы, вздыхая, в один голос объявили тяжелым, но учеба ей нравилась. Она же сама была тиха, спокойна и не доставляла проблем, чем со временем заслужила если не любовь почтенной госпожи Ветельской, то всяко ее благодарность.

…интересно, отчего отец не понял… ведь если проклятье существовало, если оно пряталось в Анне с рождения, то… он бы знал.

Тогда почему не сказал?

Не счел нужным?

Анна была не так и мала, когда отца не стало…

…или не о чем было говорить? Он, как и многие иные целители, обладал на редкость неуживчивым тяжелым нравом, который обострялся, когда оказывалось, что некая болезнь не желает уступать.

Что, если проклятье было не по силам ему?

Никому не по силам.

Стало быть…

…на память о заведении госпожи Ветельской Анне остался аттестат с отличием, выправленный по установленной форме, благодарственное письмо и сертификат, дозволяющий применение силы в воздействиях до пятого уровня.

А заодно уж рекомендации, которыми Анна и воспользовалась. Поступать в университет она не решилась, а вот на Изгатовские курсы ее взяли сразу, правда, совсем не туда, куда хотелось, но…

…никто не виноват.

Просто дар.

И правила… правила надлежит соблюдать, а маги жизни нужны не только в госпиталях. С растениями же Анна управлялась с легкостью, и они к ней тянулись, чувствуя родную силу. Пожалуй, те два года были самыми счастливыми в ее жизни.

Она была свободна.

Училась.

И будущее представлялось ей, если не радужным, то всяко чудесным. Душа ее ждала чуда, а сердце трепетало в предвкушении чего-то, несомненно, волшебного, способного переменить всю тихую ее жизнь.

С супругом своим Анна встретилась в библиотеке.

Нельзя сказать, что она влюбилась сразу. Скорее уж обратила внимание на сдержанного задумчивого юношу, который книгам уделял куда больше внимания, нежели девушкам.

- Лазовицкий? – соседка Анны, с которой она вынуждена была делить комнату, потому как снимать отдельную было весьма накладно, знала все и обо всех.

– Божечки… два книжных червя не могли не найти друг друга. Он же тоскливый, как… как клизма!

Ольга наморщила носик.

- И ко всему совершенно бесперспективный. Сама посуди. Семья средняя, он третий сын, дело отойдет старшим. Да и того дела – пара скобяных лавок. Силы в нем капля, чудом поступил. Если хочешь, я сведу тебя с Ивлевским. Он, конечно, туповат, но зато при деньгах.