Потомок древних королей

Но постепенно эти места стали обживать люди и сейчас почти совсем оттеснили моих чудищ от нужных им растений. И в осень, когда холодало и начинались дожди, а засыпающие травы получали особую силу, выходили из болот полчища жаждущей пожевать травки живности.

Шли на смерть, убивали сами, прорываясь на поляны и степные островки за лесом.

Выход виделся мне легким и простым – договориться. Просто не выходить людям в эти дни за пределы своих поселений. Пусть хотя бы седьмицу окрестности принадлежат живности.

Но просто все не было. Дед выйти к стражникам не мог – мужики видели его здоровенным страшилищем.

Почему бы не попросить договориться с людьми жителей предгорья, они же выглядели, как обычные люди, разве что чуть другие? Но вот беда - они не знали говора новых поселенцев, а те, увидев сильно заросших мужиков, тут же кидались на них с оружием. Выхода из предгорий к человеческим поселениям не было – пара-тройка сложных проходов в камнях и зарослях, через один из которых провели меня светляки.

Вот и не наладились связи между непохожими друг на друга соседями.

Опять же – чего проще? Выйти сейчас мне, рассказать стражникам, что происходит, объяснить, пусть согласуют все с властями, договорятся о сроках… А уж если скажу кто я, то и вовсе проблем не будет. Приедет Влад, заберет меня… Я клала ладонь на плоский еще живот… думала. Что делать мне здесь зимой, когда замерзает даже середина болота, дуют холодные ветры с гор и кроме Деда и Марочки, на моем острове нет больше никого, чтобы просто поговорить?

Я сейчас уже понимала, что ему могло что-то помешать тогда приехать за мной.

Понимала, что поступила, как бабушка, и меня сейчас больше мучило чувство вины, чем стыд и обида. Помнила о нем всегда и то улыбалась, то плакала. Настроение менялось сто раз на дню, быстро и странно – виновато было мое нынешнее состояние. Боялась, не была уверена, что Влад меня простит, а уж что не забудет про все, это точно – дети не дадут. Не могла решиться ни на что, пока не могла.

Мы с Дедом изучали мои способности. Я научилась, не нервничая и не ужасаясь, подчинять себе живность. Комары дороги не знали на наш остров. Он оказался сильным ведуном, учил меня многим нужным вещам, и когда я попросила показать, как видеть в воде - тоже стал учить. Принимая бабушкин дар, я тогда, проснувшись на минуту, видела дождевую воду, стекающую по оконному стеклу. Поэтому была надежда, что у меня получится видеть в ней.