Жена на замену, или попаданка для темного принца

Определенно надо четче формулировать желания…

Сразу после завтрака и снятия мерок для подгонки костюма для верховой езды, Ноксель начал разглагольствовать о важности Королевской охоты и углубился в историю, рассказывая о совершенно незнакомых прошлых правителях Миренории. И не останавливая рассказа повел меня к скотному двору замка Ноксхарт.

Небольшое поле под открытым небом было ограждено высокой каменной стеной, а из каменных построек доносились устрашающие крики каких–то явно недружелюбных существ.

Клевралы жили в добротном здании, очень напоминающем конюшню. Те же стойла, и даже похожий запах. Только вот вместо дружелюбной лошадки передо мной стояла чешуйчатая махина на метр меня выше. Чешуя переливалась медью в тусклом магическом свете, и казалось что животное сияет изнутри. А еще на меня явно недобро смотрели два здоровенных желтых глаза, а из ноздрей, я клянусь, повалил дым.

– Пр–ротяни р–руку с угощением и низко склони голову, – скомандовал Нокс. – Кор–ролевские клевр–ралы очень гор–рды и нор–ровливы. Ты должна показать ему свое уважение. Если клевр–рал пр–римет угощение, то пр–римет и тебя!

В общем–то я никогда не считала себя трусихой, но уяснила еще из походов в зоопар в детстве, что совать руки в морды диким да еще и незнакомым животным – плохая идея.

– Что значит, если примет? А если не примет, оттяпает мне половину руки? – я бросила взгляд на яблоко, зажатое в ладони, а затем на здоровенную морду зверя перед собой. – Не хотелось бы провести оставшиеся тридцать восемь дней как однорукий пират.

– Для твоего сведения, – гордо вскинув клюв закаркал ворон. – клевр–ралы питаются исключительно р–растительной пищей. И ты бы знала об том, если бы внимательно слушала мой р–рассказ! Твоя р–рука его мало интер–ресует.

Ну что ж, была не была. Сделала еще шаг вперед, склонила голову и вытянула перед собой зеленое и уже нагревшееся от ладони яблоко. Мгновение не происходило ничего, затем животное фыркнуло. И прежде, чем я успела сообразить, что это означает, моей руки коснулась теплая морда. Одно движение языка – и вот яблока уже нет. Слышен лишь громкий хруст.