Медвежье сердце

И, похоже, действительно не разбирался в тонких материях. Все то, что озадачивало или смущало ее племянницу, судя по ее рассказам, нисколько не впечатляло Ивроса. Даже о Тени он спрашивал, как о чем-то совершенно бытовом.

— Тень — воплощение смерти, как одного из ликов Unum-Deus, — пояснила Керика. — Войдя в транс, действительно можно увидеть Тень в обличье человека, который наиболее дорожил умирающим при жизни. Никто не знает, почему так происходит. Но церковники утверждают, что любящий дух уже умершего родственника приходит, дабы проводить умирающего по воле божьей, чтобы несчастный не заблудился на этом свете.

Женщина замолчала, ожидая, когда мимо них пройдет группа особо шумных матросов, которые тащили из дока увесистые тюки по направлению к складам. Переговаривались и бранились они так громко, будто вокруг больше никого не было. Действо достигло апогея, когда один уронил другому на ногу свой тюк. Но закончится ли все дракой или просто ограничится словесными унижениями, Керика выяснять не стала.

— Но большинство чародеев придерживается иного мнения, — продолжила мастер над рунами, когда они удалились на почтительное расстояние. — Маги рассматривают Тень, как вообще единственную силу, которую можно приравнять к божественному началу. Все прочее — стихийные проявления. Либо человеческие домыслы. С целью установить власть над остальными людьми. Отсюда все предписания, догмы, разговоры о грехах и благодетелях и прочее.

— А ты? — Норлан крепче сжал ее руку.

— Что я? — женщина вопросительно подняла на него темно-зеленые глаза.

— Веришь в Тень? Или в этого Unum-Deus?

— Я верю в людей, Иврос, — взгляд Керики смягчился. — И в то, что они могут быть милосерднее и надежнее любых богов.

Набережная расширилась, превратившись в просторный проспект. С одной его стороны ютились лавочки и магазинчики вперемежку с дешевыми тавернами и портовыми конторами разного толка.

Норлан с нескрываемым интересом рассматривал их. Он никогда прежде не видел так много разномастных кораблей в одном месте. Некоторые из них были столь громадными, что запросто могли перевозить сотню человек со всеми удобствами. Не говоря уже о грузах.