Обсидиановое сердце

Если, конечно, она была.

Но вместе со вспышкой боли пришло облегчение. Девушка обмякла в руках своего мучителя. Скверна проникла в рану и затуманила разум, заставив вновь потерять связь с реальностью.

Черный Двор. Гвин слышала о нем множество раз. От отца в первую очередь. Потому что Авериус Гарана проводил в обществе его жертв львиную долю своего рабочего времени. Он исследовал проклятия и их развитие. Изучал внимательно мертвых, что восстают из могил и охотятся на живых. И живых, что под действиями темных, запретных чар меняются навсегда, становясь чудовищами.

И за всем этим стояла сила куда страшнее силы тьмы. За любыми мучениями живых и мертвых крылась воля — чужая безжалостная воля. Стремление подчинить себе. Повелевать. Сломить и обратить в раба. В исполнителя своих приказов.

Черный Двор. Так они звали себя, чтобы хоть как-то оправдать дикую жестокость. Все сплошь носители темного дара и его разумные жертвы. Часто добровольные.

К ним относились колдуны, что следовали темным наукам и кровавой магии.

Например, телекинетики и месмеристы, умеющие подчинять себе разум живых существ.

Но их проблема состояла в том, что они не только манипулировали другими, но и постепенно менялись сами. В погоне за еще большими силами и, разумеется, бессмертием. И зачастую прибегали к вампиризму.

Носферат. Так называли колдуна, который становился кровопийцей еще при жизни. Это была высшая форма кровососов, пожалуй. Разумные, злые и хитрые. Их тела еще не изменились настолько, чтобы бояться солнечного света, хоть он и причинял им неудобства.

Носферат мог прожить много веков на границе жизни и смерти, питаясь человеческой кровью.

Умерший и неупокоенный носферат становился вурдалаком. Восставшим мертвецом-кровососом. Днем вурдалаки спали в темноте, а по ночам охотились. И постепенно теряли остатки разума, превращаясь в голодных хищников, одержимых инстинктами. Они представляли опасность еще и потому, что их заразные укусы распространяли скверну вампиризма.

Зараженные жертвы умирали и становились упырями — низшими кровопийцами, которых уже относили не к Черному Двору, а к обычной нежити.

Потому как разумом упыри, увы, не обладали. Однако, оставались способны передавать скверну новым укушенным жертвам.

Другими слугами Двора были вервольфы. Оборотни, зависящие от фаз луны. Их проклятие и без того было мучительным и опасным для окружающих. Но под влиянием месмериста или носферата оборотень мог стать грозным живым оружием.

Были и другие формы проклятий.