Крылатым не входить!

Разговор перешел на повышенные тона, не выдержав, я отключила телефон. Ане, как и мне, уже тридцать два. Вот только у нее к этому возрасту уже есть муж и двое замечательных детишек. А у меня — лишь моя работа, неудачный брак за плечами и бесконечные попытки забеременеть, сильно подорвавшие мое здоровье. Из роковой шатенки, которой была когда-то, я превратилась в бледную копию самой себя.

И вот теперь, после всего, что я пережила, в мою жизнь вдруг ворвался этот малыш. Пусть я к этому была не готова, но с упоением качала его на ручках.

И это вместо того, что бы доделать взятую на дом работу, которой я планировала посвятить выходняе.

Оформила заказ на одном из сайтов на целый ворох детских товаров. Завтра с утра мне должны были доставить пару бутылочек, соску, несколько комбинезонов и распашонок и даже маленькую недорогую качалку-шезлонг, которую я планировала использовать на первое время вместо кроватки.

Под конец дня заснула рядом с ребёнком на кровати, осторожно придерживая его рукой.

Мысли лезли не самые радужные. Может быть, я действительно схожу с ума? Может быть, все действительно лишь у меня в голове?

Ночью малыш дважды будил меня — приходилось вставать и кормить, а затем заново укачивать. Сон был беспокойным, рваным. Нервным, как и весь предыдущий день.

Разбудила меня трель дверного звонка.

Я понятия не имела, кто бы это мог быть. Голова гудела от недосыпа, и соображала я с трудом.

— Кто там? — спросила.

— К Марине Беловой, — отрапортовал голос за дверью.

«Наверное заказ привезли!» — обрадовалась я. — «Сейчас сразу прокипячу бутылочку и нормально покормлю малыша…»

Я уже потянулась к щеколде, заглядывая в глазок. За дверью стоял довольно молодой черноволосый мужчина, а вот позади него находилось что-то большое и черное.

— Здравствуйте. Я могу войти? — дежурно улыбался черноволосый.

Вот только я смотрела не на его улыбку — а на то, что находилось за его спиной. Большие, похожие на лебединые, черные крылья, возвышавшиеся над его плечами.

Крылья?!

Липкое оцепенение охватило все тело, желудок крутило до тошноты, а рот сам собой открылся. Такого суеверного ужаса я не испытывала еще никогда прежде.