Невеста дракона на боевом факультете

— И почему ты решил, что меня должны заинтересовать эти новости? — холодно поинтересовался Нойрен.

— Ну, думал, вам же скучно тут одному, вот и решил… — весело начал объяснять парень, но под спокойным и вроде бы совсем не злым взглядом Нойрена затих.

Умел эльф одним своим видом объяснить, когда настроен на диалог, а когда лучше убраться от него подальше. Но от меня не укрылось любопытство в глазах мага-целителя, с которым он то и дело поглядывал в мою сторону. На самом деле новостью он явно заинтересовался, вот только показывать этого не желал.

— Ну я, это, пойду? — спросил парень после нескольких мгновений напряженного молчания.

— Иди, — величественно кивнул эльф и отвернулся, но когда студент уже стоял у выхода, добавил. — И если лечение людей тебе кажется скучным, то может, стоило выбрать другое направление учебы?

— Нет, что вы… — испуганно залепетал второкурсник, но, подняв глаза, увидел на лице профессора улыбку. Сверкнув белыми зубами в ответ, студент поспешил покинуть лечебницу.

— За что вы его так? — убедившись, что парень ушел, спросила я, глядя на лекаря с откровенным удивлением. Обычно со студентами он обходился довольно мягко.

— Болтает парень много. Уже год в столице, а так и не научился язык за зубами держать. Я все пытаюсь его приструнить, но безрезультатно. Пока что, — Нойрен хищно улыбнулся, и отчего-то паренька-студента стало жаль.

— Но обо мне потом поговорим, если захочешь. А сейчас расскажи-ка, что это за дракон такой и как он появился на площади? Сдается мне, ты знаешь побольше этого сплетника, — эльф приглашающе махнул мне рукой и я подошла к закутку, в котором стоял широкий металлический стол, а в многочисленных шкафах в идеальном порядке лежали травы, кристаллы и стояли в огромном количесвте баночки.

Эльф откупорил еще нетронутую банку с мазью от ожогов и, аккуратно взяв мою правую руку, начал обрабатывать раны.

Пока я подробно излагала все, что случилось на площади, лекарь уже покрыл прохладной и липкой мазью мои руки. Порывался наложить бинты, но я отказалась — все равно сниму, как только окажусь в комнате. Заживает на мне, как на дворовой собаке, и нечего ткань переводить на такие пустяки.